Книга Магнит для ангелов, страница 299 – Тимофей Решетов

После этого очищения он вдруг совершенно иначе увидел всех, кто окружал его. Он увидел их как бы изнутри, особенно «девочек», к которым он уже начал было «пристраиваться». Он понял со всей очевидностью, что они были уже совершенно свободны от всяких половых стереотипов и их ни коей мере не интересовало удовлетворение дурацкого, нижнего интереса Севы. Они и без того были совершенно открыты и с радостью и интересом принимали его как своего, но каждому было понятно, что для создания пары требуются более серьезные основания, нужно нечто большее, чем просто плотское влечение, которое, впрочем, как теперь уже стало и Севе совершенно очевидно, даже не от него и исходило.

Этот круг полностью поменял отношение Севы ко всем окружающим его общинникам. С удивлением и интересом он обнаружил внутри себя иную призму восприятия, через которую все люди виделись не как биологически изолированные образования, а скорее как коконы света, каждый со своими особенностями, но тем не менее все одинаково красивые и свободные.

Буквально на следующий день Севе предложили перебраться жить в «Дубовый шатер» – так называли место, где располагалась его «семья». Собственно «дубового» там не было почти ничего. Это был один из прозрачных автономных шатров, расположенных поблизости от главного купола, сравнительно небольшой. В диаметре он был всего порядка тридцати метров, а в высоту не более двенадцати. В нем было три вертикальных уровня и несколько зон.

Вблизи стеклянных стен по периметру купола на первых двух уровнях и на всем пространстве третьего уровня под куполом располагалась парниковая зона. Тут росло практически все. Прежде всего тут культивировались обычные овощи: огурцы, помидоры, кабачки, баклажаны, тыквы, порядка двадцати сортов салата, различная зелень и так далее. Также тут были разные разработки, выведенные генетически и при помощи селекции экспериментальные виды различных плодовых и лекарственных растений. К своему немалому удивлению, Сева обнаружил тут даже лиану «Костис мутантис», которая, впрочем, была существенно доработана. Всю эту парниковую инфраструктуру помогали обслуживать различные биоорганизмы: шмели, черви, колонии бактерий.

В центре купола располагалось жилое пространство. У каждого участника команды был небольшой индивидуальный отсек, по сути – спальный модуль. Размером такие комнатки были метров по десять-пятнадцать, на нижнем уровне их было порядка сорока, в них жили поодиночке или парами. Еще тут было две больших санитарных зоны с туалетами и душевыми. На втором уровне располагались общие зоны: большой зал для командных медитаций и занятий различными практиками, несколько творческих залов, большое количество подсобных помещений. Здесь была даже своя отдельная кухонная зона, хотя в полную силу ею пользовались не так уж часто – как правило, все питались в столовой или «в гостях», вроде избы тети Клавы, которых тут было несколько.

Распорядок дня сильно зависел от времени года. Когда на улице было слишком прохладно, основная жизнь проходила в пространстве купола, когда же становилось теплее, многие выходили спать «на улицу», в специально оборудованные беседки, которых на всей территории поселения было огромное количество. Впрочем, полноценно жить в них можно было и в зимнее время, и кое-кто так и делал, однако в холодный период парники требовали больше ухода, и многие предпочитали быть поближе к своим растениям. В летнее время купола раскрывали, и сверху они становились похожи на распустившиеся цветы.