Книга Злая королева причиняет добро, страница 54 – Диана Дурман

Тогда пришлось забрать много жизней. Пролить немало крови. И всё ради цели, заложенной в него приёмным отцом. Защита сестры стала для него смыслом жизни.

Элиас резко отвернулся, делая вид, что рассматривает трещину на каменной стене. Оживлять в памяти воспоминания, которые он так усердно пытался стереть, не было желания.

– Не говори глупостей. Какая любовь? – голос Элиаса прозвучал слишком резко, даже для него самого. И, тем не менее, он продолжил: – Хелена всё ещё выглядит как копия моей мачехи. Разве при таких условиях можно чувствовать к ней хоть что-то, кроме жалости?

Нечто внутри болезненно сжалось. Ложь. Да, черты лица те же, но… движения другие. Мимика другая. Даже голос, когда она смеётся, звучит иначе – не так, как у тойженщины.

Нилрем наблюдал за Элиасом с холодным любопытством, будто видел все эти мысли насквозь. Неудивительно, что следующие его фразы звучали с долей ликования:

– Ненадолго.Скоро в Хелене начнут появляться немного иные черты, и она станет похожа скорее на сестру Хильды, нежели на неё саму. Твое сердце уже дрогнуло перед её личностью, так может не стоит рисковать? Убей чужачку до того, как любовные чары захватят тебя полностью.

На застывшем лице Элиаса стала медленно расползаться улыбка, как лезвие складного ножа – сначала безобидная морщинка у губ, потом обнажился безупречный ряд зубов, и наконец, показался настоящий клык, блеснувший во влажном полумраке.

— Приворот? — он оскалился, являя Нилрему по-настоящему хищный оскал. — Она замечательно готовит рыбу, но варит жуткий липовый чай, в котором нет и следа ворожбы. Пока другие колдуньи не могут удержаться от того, чтобы действительно поколдовать над своими блюдами, Хелена позволяет себе лишь проверить их на яд. В этом вся она.

Тут комнату наполнил тихий смех Нилрема – сухой, как ветви векового дерева и такой же умудренный временем.

– Глупый Элиас, не всем женщинам нужна магия. Мягкий взгляд здесь, завораживающая улыбка там, и всё, ты её пленник, готовый отдать целый мир на растерзание. Не совершай таких глупых ошибок. Действуй, пока ещё можешь.

Такая настойчивость уже начинала раздражать Элиаса. А еще задаваться вопросом.

– Зачем тебе эти уговоры? – прямо спросил он у духа. – Ты можешь просто раскрыть Хелене мою личность и заставить напасть первой. Я буду вынужден защищаться и, как бы не хотелось, сберечь жизнь невиновной во всех злодеяниях, я сделаю, что должен.

Вместо ответа зеркало вздохнуло:

– Для убийцы ты слишком щепетилен и добросердечен.

– А ты как-то ленив для колдуна, – парировал Элиас, чувствуя, как гнев поднимается по его жилам. – Всё плетешь интриги, ищешь обходной путь, чтобы и “цель” убрать, и не быть фактически к этому причастным. Дай угадаю… на тебе обет? Точно, по глазам вижу.

Отрицать было бесполезно, так что Нилрему не оставалось ничего, кроме как съязвить:

– Говоришь как знаток. Неужели на тебе тоже?

– Да, – выдохнул Элиас, и слово больно царапнуло горло, будто ржавый гвоздь. – И имя ему "совесть". За каждую отнятую жизнь по указке бывшего короля, я стараюсь сохранить такую вот неприкаянную судьбу. Девушка не является сообщницей Хильды. Ты сам это подтвердил своими подстрекательствами. Она жертва ваших игр, а значит, я долженсделать всё, чтобы ей помочь.

– Даже если она ступит на тёмный путь? – голос Нилрема звучал теперь мягко, почти сочувственно, как у врача, сообщающего плохие новости.