Книга Злая королева причиняет добро, страница 63 – Диана Дурман

Да уж, мне ещё изучать и изучать магию.

Тряхнув головой, чтобы избавиться от глупых мыслей – будто я собираюсь тут остаться, а потому мне нужны все знания ведьмы – излишне бодро спросила:

– Так как вам идея с фермой? Вы будете есть досыта, а неосторожные странники вам станут не нужны.

Спорить со мной и напоминать о б ольшей питательности человечины никто не стал. Уже то, что их мнением интересуются, и нечисти из склепа не нужно будет голодать, стало важнейшей деталью разговора.

Да, мне придётся насильно превратить их в нечто вроде веганов, но так я смогу сделать своих слуг менееопасными. После месяца (хотя, кажется, уже прошло больше времени) в окружении этих странных созданий я не могла относиться к ним как раньше. Как к монстрам, которым прямая дорога на тот свет. Ведь самым простым решением было бы избавиться от всех прямо перед тем, как вернуться в своё тело.

Что-то незаметно изменилось во мне за эти недели. Вчерашний ужас перед их когтистыми лапами и пустыми глазницами растворился, словно утренний туман. Теперь я видела, как Гнус бережно носит в мешочке обглоданные косточки какой-то мелкой дичи – сувениры от особо удачной охоты для своих "племянников". Как скелет-садовник украдкой поливает чертополох у входа чаще остальных трав – его "любимчик". Эти жуткие создания оказались... трогательно человечными в своей преданности.

Поэтому мне действительно захотелось им помочь. Попытаться улучшить жизнь не только бедных жителей Итэлла и других королевств, пострадавших от рук Хильды, но и помочь тёмным созданиям.

– Позволите дать совет, – заговорила молчавшая до этого Клара, прервав поток моих размышлений.

– Говори, – последовал мой ответ, на что кикимора осторожно сказала:

– Гули и мрачники походят на упырей своими стайными инстинктами. Назначьте им старшего, дав имя, и они станут сплоченнее, а значит послушнее.

– Хороший совет, спасибо, – не став отрицать пользы от такой инициативы я порядком смутила кикимору, но мои следующие слова полностью перевернули воодушевленный настрой служанки. – Кстати, Клара, я тут кое-что случайно узнала. У тебя есть семья?

Стоило это сказать, как лягушачья кожа кикиморы приобрела какой-то серовато-синий оттенок и моментально высохла. После этого Клара рухнула передо мной, как подкошенная. Её тело обмякло, разбитое страхом, а лапы, дрожавшие, как тростник на ветру, впились в сырую землю, оставляя за собой когтистые борозды.

Непроизвольно протянув руку, желая успокоить кикимору, я тут же остановилась – прикосновение сейчас могло стать последней каплей для существа, балансирующего между настоящим и забытьем.

«Она пахнет полынью и болотной тиной», – мелькнуло в моих мыслях, и я вдруг осознала, что это запах страха – горьковатый, с металлическим привкусом крови на языке. Такой шлейф могло бы принять отчаянье, если бы у него был аромат. Хотя для тела ведьмы он действительно существовал.

Оставаясь ниц и ухватившись за подол моего платья с силой утопающего, Клара заговорила дребезжащим голосом:

– Госпожа моя, прошу, нет, умоляю мрачными богами! Не троньте моих дочерей! Клянусь чёрными водами Топи и колыбелью первозданной Тьмы, я сама буду служить вам хоть целую вечность... даже сдеру свою кожу, если прикажете, только… не отнимайте моих девочек….