Книга Король Вечности, страница 178 – Л. Дж. Эндрюс

Вот только целительная песня из-за полученной раны в боку превратилась в агонию. Ливия резко вдохнула, когда мелодия зазвучала сильнее. Я прикрыл глаза, ухватившись за край кровати. Ее кузен закашлял, грудь начала вздыматься, как будто он задыхался.

– Остановись! Ты убиваешь его.

– Тише, – огрызнулся Тэйт и оттащил ее назад. – Брось это.

– Эрик!

Я крепко сжал челюсти, тело охватила крупная дрожь.

– Забери ее отсюда.

Отравление, равно как и исцеление, не доставляло удовольствия. Нельзя было терять песню, иначе ему грозила неминуемая смерть.

Лицо Ливии стало бескровным, стоило Тэйту вывести ее обратно в коридор. Даже Сьюэлл бросил Гэвина, помогая увести Ливию. Она пронзительно кричала, ругалась и обещала все возможные небесные кары, но голос оборвался, едва Селин закрыла дверь.

Я выдохнул, чувствуя, как мучительная усталость берет верх, затем опустился на колени и положил ладони по разные стороны лица ее кузена.

– Тебе лучше жить, подонок. Сдохнешь – и она снова станет меня презирать, а я тогда заберу то, что сделал для тебя во время войны. – Закрыв глаза, я запел.

Предательство неистово жгло кости, а расплавленный клинок пронзил сердце, превратив его в кровоточащую рану. Сьюэлл заставил меня принять корень сирены, потому что мозг отказывался мыслить здраво, однако его поступок только усугубил положение.

Как Алек попал сюда? Он, боги, выглядел так, словно дюжина клинков разрезала тело, а потом две дюжины сапог топтались на костях. Эрик смешал свою отравленнуюкровь с кровью моего кузена.

Возможно, он полагал, что тем самым избавляет Алека от невыносимых страданий, но потом король начал петь так отчетливо, как никогда раньше. Голос гладкий, как атлас, и призрачный, как тень, проникавший под кожу и когтями вонзавшийся в кости.

Песня Эрика цепляла за сердце гораздо сильнее, чем песня морского певца, и тянула душу вперед, туда, где бы ни находился Бладсингер.

А потом король выгнал нас.

– Сьюэлл. – Я пересекла маленький кабинет, куда меня затащили. – Позволь мне пойти к нему. Сейчас же.

Повар посмотрел на Тэйта, а тот опустил взгляд на странные часы, лежавшие у него в руках.

Кивнув, Тэйт засунул часы обратно в брюки.

– Опасность миновала.

Чуть поколебавшись, Селин взяла меня за руку.

– Нам пришлось забрать тебя, потому что ты мешала ему петь.

Накопившиеся вопросы, гнев и страх – все сплелось в тяжелом безмолвии. Они повели меня по коридору обратно в комнату. Мысли метались, и я не знала, что спросить в первую очередь. Мог ли Эрик исцелить такие повреждения? Почему Алек оказался здесь?

Гэвин имеет к этому какое-то отношение? Приступ безумия не дал мне заметить, что лорд также окровавлен и перевязан. Хотелось узнать обо всем сразу, но с языка так и не слетали рвавшие душу вопросы.

В нос ударил запах крови, который все еще оставался на половицах. Гэвин отсутствовал, все, кто там остался, – двое мужчин, сидящих как можно дальше друг от друга.

Глаза Эрика остекленели, и он рухнул на колени, опершись на локти. При виде меня его губы нервно дернулись, словно ему хотелось улыбнуться, но он не смог найти в себе силы.

– Ливи. – Мягкий прерывистый голос Алека пронзил мое сердце.

Приподнявшись, он, все еще перепачканный кровью, сел на край кровати; его дыхание пришло в норму.