Книга Король Вечности, страница 52 – Л. Дж. Эндрюс

– Да. – Его рот исказился в оскале. – Как думаешь, кто охранял меня во время моего первогопленения? Когда мой отец прошел через Бездну, чтобы выступить на совете с враждующими земными фейри, но был одурачен, а его наследника использовали в отчаянной попытке исцелить умирающих.

О боги.

Стиг, который виртуозно владел клинком и являлся идеалом для Рорика. Его боготворили множество людей. Если бы он охранял камеру с мальчиком, то сделал бы это только по приказу… моего отца.

Я покачала головой, отгоняя тревожные мысли.

– Нет. Какой смысл брать в заложники морского ребенка? Они бы не стали этого делать.

– Кланы фейри враждовали друг с другом задолго до начала великой войны между нашими мирами, Певчая птичка. Неужели ты не знакома со своей историей? Доведенные до крайности люди пойдут на все, чтобы спастись. – Эрик оттянул воротник рубашки. Ледяной озноб пробежал по моей коже. Белые затянувшиеся шрамы тянулись по бокам его шеи, горлу и плечам. Одни были длинные, другие короткие. Большинство расположились на местах, где тело кровоточило больше всего. Гнетущую тишину нарушил его холодный голос. – Не так ли?

В животе заныла острая боль. Веки устало опустились.

– Смотри на меня! – вскрикнул он. От неожиданности я резко вздрогнула и открыла глаза. Бладсингер поднялся и схватил мой подбородок. – Ты считаешь свой народ непричастным, и я не могу обвинять тебя в этом. Откуда принцессе знать правду, если всю ее сознательную жизнь нас выставляли злодеями?

– Они бы не сделали того, о чем ты рассказываешь. – В этот момент я возненавидела свой надтреснутый голос.

Эрик медленно провел по моей щеке большим пальцем.

– Ах, любовь моя. Ты полагаешь, что мир был достигнут благодаря любезностям и моральным принципам? В каждом из нас таится тьма, и отчаянное стремление выжить порой обнажает самые жестокие стороны человеческой души.

Дыши. Соберись.Вместо этого страшно хотелось развалиться на части или броситься за борт, убежать к своему народу и требовать правды. Я знала о прошлых сражениях между земными правителями, объединившими королевства и приведших нас к войне с морем. Знала о жажде крови и боли, выпавшей на долю каждого королевства.

Неужели они, стремясь во что бы то ни стало сохранить свои жизни, впали в настоящее безумство и высасывали кровь из невинных?

Сколько бы мне ни хотелось признавать это, но пытки молодого морского принца, а затем убийство его отца давали достаточно оснований для восстания моря против земли ради новой, масштабной войны.

Однако все сказанное им было ложью. Должно быть ей. Мои мать и отец не потерпели бы тиранию над ребенком. Разве что если с кем-то из них не случится беды… Ужас сковал мои жилы. Узы между нашими людьми были крепкими. Мой отец проявлял жестокость и зверство, стоило моей матери подвергнуться угрозе. Она поступила бы так же. Ни одна человеческая жизнь не встанет превыше ее семьи.

Я не отстранилась от его прикосновения. Просто выдержала его испытующий взгляд и произнесла:

– Неважно, что я скажу, ты веришь только своим словам; так за что же мне нужно расплачиваться, Бладсингер?

– Сейчас я буду наслаждаться их страданиями и отчаянными попытками вернуть тебя. – Уголок его рта слегка скривился. – И спокойно спать, зная, что они воображают все те ужасы, которые ты, должно быть, испытываешь здесь.