Книга Двор льда и пепла, страница 127 – Л. Дж. Эндрюс

Я только-только завернулась в льняное полотенце, когда дверь открылась и ко мне вошел Вален. Он с улыбкой протянул ко мне руки, а глаза его вспыхнули жаром желания.

– Я пришел умолять о пощаде. Можно мне остаться здесь? Ари упорно настаивает на том, чтобы я занял королевский дом, а я… просто еще не готов.

– Я не уверена, что это мудрый выбор, принц Вален.

Он прижал меня к себе, приподнимая бровь.

– Неужели? Почему же?

Мои пальцы отправились в путешествие по его груди.

– Боюсь, мой любовник будет переживать. Он немного вспыльчивый, и эти его топоры – ужас. Он из тех, кто носит маску и сеет разрушения.

Вален улыбнулся, целуя меня в ухо.

– Звучит ужасно. Подумай, не обменять ли его на принца.

Я закрыла глаза, позволяя ему оставить дорожку поцелуев на моей шее.

– Ты весьма убедителен.

Он властно поцеловал меня. Потом прижал крепче, сильнее. Мы поняли, что значит потерять друг друга, и страсть с новой силой проявлялась в каждом прикосновении, каждом поцелуе, каждом движении. Его руки и губы стирали следы, оставленные жестокостью Руны. Исцеляли страх стать игрушкой Ярла.

Я не отпускала его до восхода солнца.

К тому времени, как мы добрались до длинного дома, там уже собралась толпа на совет. Халвар все утро объяснял, как вернулся Ночной Принц. Рассказывал про проклятие и потерю памяти. Думаю, Валену стало немного легче оттого, что не пришлось проходить через это снова.

Тем не менее вся эта толпа желала видеть и слышать Ночного Принца. Он открыл свое имя прямо посреди кровавой битвы, никому ничего не объяснив, и все же люди Раскига пошли за ним в бой. Это что-то да значило.

Это давало мне надежду.

– Я отрекаюсь от престола, – заявил Ари, когда все расселись. – И охотно передаю корону Ва…

– Подожди, – перебил Вален, подняв руку. – Прежде чем ты это сделаешь, я должен сказать, что я больше не наследник.

– Вален, – сказал Халвар с ноткой грусти.

– Я знаю, что ты собираешься сказать. И знаю, что… Сол не в том положении, чтобы принять право первородства, но законы Этты гласят, что, если король или королева теряют рассудок, но все еще живы, власть переходит к их супругу.

У меня отвисла челюсть.

Тор попытался слиться со стеной. Десятки глаз смотрели, как Вален подошел к Тору и положил руку ему на плечо.

– Возможно, некоторые не понимают, но корона переходит к Торстену.

Ари глубоко вздохнул и потер лицо ладонью.

– Боги, как же много у нас претендентов на одну чертову корону.

Тор поднял взгляд, смотря только на Валена.

– Я не король. Мне не нужна ни его корона, ни твоя. Но я буду сражаться за род Ферусов и служить ему до последнего вздоха.

– Хорошо. Замечательно. Решено, – сказал Ари. – Теперь я могу уже отречься?

– А что насчет Херьи? – Вален сложил руки на груди. – Сол жив, кто сказал, что они не спрятали где-то и мою сестру?

– Вален, – мягко сказал Халвар. – Херья – не из Ночного народа.

– У нее были другие таланты, ты это знаешь. Она была бы ценной пленницей, зачем гадать, если мы не знаем наверняка?

– Да, – кивнул Халвар. – Но пока мы не знаем наверняка, этим людям – всем нам – нужен король, лидер. И этот лидер – ты.

Вален оглядел зал, набитый людьми.

– Если таково ваше желание, я буду служить вам, но мы сделаем все возможное, чтобы вернуть и восстановить в правах Солнечного Принца…

– Он служит Вороновому Пику! – крикнул кто-то.