Книга Игра ненависти и лжи, страница 142 – Л. Дж. Эндрюс

– Раум заметил всего восемь скидгардов. Четверо снаружи и четверо внутри. Знаешь, что будешь делать?

– Да, – ответил Гуннар. – Я собираюсь удивить нашего друга своим творческим подходом.

Я выпустил его и повернулся к Малин. Она стояла между своими братьями, все трое одеты в черное. За ее спиной держались Исак и Линкс, все увешанные клинками и готовые зачернить разум Иро, если он подберется близко к моей жене.

Положив одну ладонь ей на щеку, я притянул ее к себе.

– Мы не знаем, сработает ли.

Она улыбнулась.

– Даже если и нет, ты меня не удержишь. Я хочу, чтобы он видел мое лицо, чтобы знал, что запугивал и предал не тех людей. И если ты думаешь, что эти двое… – она указала на своих братьев, – дадут ему приблизиться, то ты заблуждаешься.

– Все сработает, – сказал Никлас, поправляя кольца. – Он будет целиком и полностью сосредоточен на ней. Гуннар, сделай-ка пару глотков вот этого, – он протянул флягу с элем. – Поможет от головной боли, которая тебя явно ждет, друг мой.

Гуннар взял флягу и поднес к губам. Тыльной стороной рукава утер рот.

– Если удача нам улыбнется, все закончится быстро.

– Ну, лучше уж будем творить свою удачу сами, – отозвался Никлас. За легкостью его тона скрывался едкий сарказм. Я не сомневался, что Никлас Тьюв боролся с воспоминаниями об Иро как о Фалькине, которого он когда-то любил, как брата, и как о враге, чуть не погубившем нас всех. Никлас пихнул меня в плечо. – Кейз, Лука ждет тебя.

Желудок свело. Этот план казался не таким, как обычно. Меньше времени на подготовку, больше неизвестного, слишком много эмоций вовлечено.

Я поднес пальцы Малин к губам.

– Ты все усложняешь.

Она хихикнула и коснулась ладонью моего лица.

– Любой другой мог бы на такие слова и обидеться.

– А ты?

– Я знаю, что ты имеешь в виду, и, поверь мне, ты тоже все усложняешь. Но я позволю тебе быть коварным и жестоким, потому что ты способен нагнать ужас на все королевство. И кажется, именно Повелитель теней сказал мне, что я способна на большее, чем сама считаю.

– Не используй мои же слова против меня, – я помедлил, запуская пальцы в ее волосы. – Он тебя не коснется. Поняла?

– У него не будет и шанса, – она поцеловала уголок моих губ. – Скоро увидимся. Бьемся до конца.

Я заставил себя отвернуться, прежде чем откажусь покидать ее.

В сумраке садов Кривы и бо́льшая часть Фалькинов будут наготове, на случай, если Иро попытается сбежать. Мой рот разрезала жестокая усмешка, когда из-за деревьев зловеще долетел ровный бой барабанов Эша и Ханны.

Я обернул тело тьмой, упиваясь тем, как засуетились скидгарды перед домом. Заслышав барабаны, они начали выкрикивать приказы, суматошно пытаясь обнаружить источник звука.

Страх кружил голову. Боги, как я надеялся, что он исходил от Иро. Если уж кто и узнал бы бой барабанов Эша и Ханны, так это он.

Разливая свой месмер по лужайкам, я давал Малин и тем, кто пробирался на свои позиции, преимущество невидимости. Добравшись до задней стены дома, я втянул тени обратно. Мороз впитался в мою кровь, когда я вскарабкался на соломенную крышу.

Двигаясь бесшумно, я дополз до центра. На гребне меня встретил Лука. Он оседлал балку и не отводил глаз от лужаек перед домом, пока я усаживался с ним рядом.

– Мне хорошо ее видно, – пробормотал он.

Я сжал кулаки, и кровь заревела в моей голове. Четыре скидгарда, охраняющих дом снаружи, выкрикнули команду и побежали к тем, кто приближался по главной дороге.