Книга Игра ненависти и лжи, страница 84 – Л. Дж. Эндрюс

Кейз заскрипел зубами, еще сильнее стиснул меч. Когда он заговорил, слова просачивались меж его зубов, словно он боролся с каждым из них.

– Зачем ты здесь?

Еще один риск, еще один шаг. Я подняла руку к острию его меча и мягко отвела его от своего сердца.

– Я обещала, что всегда тебя найду. И даже богам меня не остановить.

– Найдешь меня – зачем?

Ступай осторожно. Слишком много, слишком скоро – и месмер Ивара может утянуть его назад. Мои глаза зацепились за пергамент на столе. Он пытался прочесть то, что ему оставил Йенс, но Йенс не знал Повелителя теней так, как я.

Игнорируя предыдущий вопрос, я подбородком указала на стол.

– Я могла бы помочь тебе с этим.

Кейз стрельнул глазами в пергамент, затем вновь наставил меч на мое горло.

– Помочь мне с чем?

– Со словами. Или они уже не скачут по страницам так, как раньше?

Тени Кейза тут же сгинули, а меч выпал из его руки. Когда он наклонился, чтобы поднять его, я положила руку на сталь, заставляя его встретиться со мной глазами.

– Откуда? – его голос был низким, темным. Сломленным. – Откуда ты знаешь?

– Что, если, пусть лишь на сегодня, ты притворишься, что я тебе не враг? – вновь кивнув на пергамент, я почти улыбнулась. – Если бы ты хотел, чтобы я помогла, то я не против остаться.

Он уставился на меня так, словно наружу пытался пробиться отголосок воспоминания о той ночи в Фельстаде, когда я узнала о его трудностях со словами. Я почти поверила, что он отойдет в сторонку так же, как сделал и в тех руинах.

Глупое, наивное желание. Я подскочила, когда Кейз в один миг вновь завладел мечом и приставил его к нежной коже моей шеи.

– Тебе Лука рассказал.

– Да? А Лука разве знает, что письменная речь для тебя – испытание?

– Я много лет его знаю.

– Да, но ты бы предпочел унести этот секрет в могилу. Лука не знает.

Он прищурился.

– А ты знаешь.

– Именно.

Кейз мрачно усмехнулся, его плечи напряглись, когда он смерил меня взглядом, брошенным поверх меча.

– И я должен поверить, что я скрыл бы такое от человека, которого знал с детства, но признался в этом убийце и воровке? Можно добавить: совершенно не запомнив, как в этом признавался.

– Ты все абсолютно верно излагаешь, – я осторожно ухватила пальцами край меча и подмигнула, а затем проверила, позволит ли мне Кейз вновь отвести его от горла. Он нахмурился, словно я подпалила его любимую тунику, но понемногу острие клинка опустилось.

– Ты лгунья, – прорычал он, когда я поднялась на ноги. – Ты сплела вокруг меня какую-то иллюзию, поэтому я такой послушный.

– Нет. Я не гипнотик.

– Мы никогда не пересекались, если не считать твоей кровавой атаки на маскарад. Я был определенно слишком занят, пытаясь перебить всех членов твоей гильдии, чтобы успеть признаться, что со словами мне сложно.

– О, насколько же неверно все, что ты только что сказал, – я сцепила руки за спиной, проверяя, как далеко он позволит мне зайти, и шагнула к столу. – Прав ты в одном: я не на Маск ав Аска узнала о твоей нелюбви к чтению. Я это случайно обнаружила посреди ночи за много дней до того, и это открытие привело ко столь многим другим приятным вещам.

Кейз сжал кулаки, выглядя весьма настроенным вырезать мне язык, как и обещал.

– Мы. Не. Встречались до той ночи.

– Ты, кажется, зол. А я думала, мы притворяемся, что я тебе не враг.