Книга Айви на Фестивале магии. Восточная академия, страница 21 – Мстислава Черная

За стеклом неменяющийся слоистый туман, умиротворяющий треск молний.

Первой оживает Фырька. Она возвращает псевдоматериальный облик и укладывается на моих плечах воротником, по-прежнему безвольная и осоловевшая от избытка энергии. Впрочем, подтверждая, что питомица могла бы меня убить, я не лукавила. Будь Фырь дикой хтонью, она бы, образно выражаясь, не из венки по глоточку тянула, а выгрызла сердце. Что касается призванных духов, то они способны впитать в себя в разы больше.

— То, что я делаю, слишком опасно, чтобы повторять в одиночку, Фиби. Если ты рискнёшь, рядом с тобой должен быть человек, который контролирует процесс, и сразу предупреждаю, что я не возьмусь.

— Мы с Мими не торопимся, будем расти медленно. — Фиби указательным пальцем щекочет притихшего котёнка.

Я пожимаю плечами:

— Не могу утверждать наверняка, но, если верить Ареку Безумному, его методы не про ускорение темпа. Получая твои жизненные силы, дух становится настоящим продолжением тебя, а это… дорогого стоит.

Особенно в бою, например.

Только кто в сытые и мирные времена думает о том, что они могут закончиться? Нынешние боевые маги скорее охранники правопорядка, чем настоящие бойцы. Сомневаюсь, что Фиби действительно захочет перейти от сомнительной теории к смертельно опасной практике.

— Как ты себя чувствуешь, Айви? — Она меняет тему.

— Сносно.

Не настаивая на правдивомответе, она расплачивается с лакеем за наш заказ.

Я поднимаюсь из-за столика, оглядываюсь. В вагоне-ресторане, кроме нас, по-прежнему никого. Выходит, думая, что пообедать здесь полезно, я ошибалась? В чём ещё я ошиблась?

Ухватившись за спинку стула, я пережидаю лёгкое головокружение и выпрямляюсь — достаточно того, что мою слабость видела Фиби, остальные обойдутся. Идти с прямой спиной и твёрдой походкой оказывается той ещё задачкой, но я добираюсь до купе, прощаюсь с Фиби. Нам с ней на разные факультеты, так что вряд ли мы сегодня ещё увидимся. Дверь закрывается, отрезая меня от внешнего мира. Я убеждаюсь, что лжебрат по-прежнему где-то, доползаю до спальной полки и падаю без сил.

Чувствую себя выброшенной на берег медузой.

Фырька ворочается на шее.

Глаза сами собой закрываются. Я пытаюсь нащупать край одеяла, но засыпаю раньше, чем мне удаётся укрыться. Я вижу себя зажатой среди толпы на станции метро, и почему-то мне срочно нужно добраться до дома. Людей столько, что сквозь живую стену никак не пробиться, и поезда уходят один за другим. Когда я всё же прорываюсь к краю платформы, толпа сталкивает меня на рельсы в слепящий свет фар приближающегося состава.

Стук в реальности выдёргивает меня из кошмара.

Я подскакиваю, кручу головой в поисках угрозы и наконец вспоминаю, где я, провожу ладонью по лицу — даже не воспоминание, всего лишь дурной сон…

Стук повторяется.

Кто там такой настойчивый?

— Да? — Я выглядываю из купе в общий коридор, натыкаюсь на проводника. Кажется, я догадываюсь, что ему могло понадобиться.

Он вежливо улыбается, отвешивает мне лёгкий поклон:

— Леди Талло, уже пятнадцать минут как мы прибыли на конечный пункт. Я прошу вас покинуть поезд. Ещё через пять минут поезд отправится в депо.

— Незамедлительно покину…

За окном ни серого тумана, ни треска молний, ни светящихся рун, лишь ничем не примечательная крытая платформа, на которую я выхожу с Фырькой на плечах, саквояжем в одной руке и ларчиком от Шмыги в другой.