Книга Айви на Фестивале магии. Восточная академия, страница 70 – Мстислава Черная

— Айвери, вы действительно не знаете, кто я?

— Действительно. Я воспитывалась вне клана Талло и получила официальное признание только накануне зачисления на Белый факультет. Я очень далека от… светского междусобойчика, — усмехаюсь я.

— Сочувствую, леди Айвери. Я Розен из рода Эльдатта. — Он склоняет голову.

Ого! Один из самых влиятельных родов. «Жилет», оказывается, птица высокого полёта.

— Сочувствуете чему?

Тому, что я незаконнорожденная? Или тому, что я воспитывалась вне клана?

— Тому, что под давлением рода вы были вынуждены отказаться от магии.

Судя по тону, для него это больная тема.

— Я сама сделала этот выбор, — возражаю я.

В коридоре мы не одни, на нас поглядывают, особенно на Фырьку, продолжающую сидеть на его плече.

Розен подаёт мне руку:

— Леди Айви, позволите составить вам компанию за завтраком?

Что на него нашло? То, что я помогла найти «яйцо» и тем самым спасла ему жизнь, не повод давать мне публичную поддержку, тем более я об этом не просила.

Я не отказываюсь, и мы вместе спускаемся, занимаем место за столиком.

В ожидании лакея вспоминаю, что уже говорила в поезде, и повторяю:

— Я с детства интересовалась легендами о Многоликом, читала мемуары ныряльщиков и однажды улизнула из дома, сама тайком прошла посвящение в руинах заброшенного храма. Предложение пойти на Белый факультет под фамилией Талло я получила гораздо позже, так что говорить о принуждении было бы неверно.

— Значит, ошибка непоседливой юности?

Пфф!

— Р-р-р-р… — высказывается Фырька и, вытянув лапу, демонстрирует когти.

— Отнюдь, — улыбаюсь я.

На руинах я получила вторую печать. Что касается первой… Я выбирала между посвящением и самой жизнью. Цену — потерю возможности управлять «тяжёлой» энергией и создавать заклинания — я узнала гораздо позже, но ни на мгновение не пожалела.

У ныряльщиков немало преимуществ, начиная с того, что магу, если на него нападут, придётся драться, а я смогу сбежать через астрал.

— Как скажете, Айвери. — Розен явно не верит.

Разубеждать его я точно не собираюсь. Нравится ему страдать и сожалеть об утраченном? Пожалуйста. Но только без меня.

На завтрак я выбираю творожную запеканку с ягодным вареньем. Розен отдаёт предпочтение мясному рулету.

Я беру приборы и краем глаза замечаю, что к столикам приближается Дор. Один, без Оливи. Как они разошлись каждый в свою комнату, я лично видела, нет никаких причин, чтобы они спускались вместе, но то, что не видно девушки, меня неприятно царапает.

Дор подходит ближе, оглядывается в поисках свободного места, замечает меня, сидящую с Розеном. В глазах вспыхиваети гаснет эмоция, какой-то тёмный огонёк, который я не успеваю распознать. Дор растягивает губы в улыбке, кивком обозначает приветствие и поспешно отворачивается, за свободным столиком устраивается ко мне спиной.

— Розен, мне теперь интересно, чему же учат на Белом факультете, если не астраловедению.

— Рунология.

— Без практики погружения в астрал? — уточняю я.

Ответ понятен заранее:

— Разумеется, Айвери. Зачем?..

— Когда дети осваивают чистописание, им сперва дают прописи. По-моему, никто не учится сразу писать предложения целиком, начинают всё-таки с букв. Чтобы работать с рунами, нужно уметь работать с их энергией, а значит, начинать надо с отработки навыков в эфире.

— Вы?..

— Ныряю, — киваю я.