Книга Айви на Фестивале магии. Восточная академия, страница 74 – Мстислава Черная

Лечебный корпус оказывается всего через одно здание от нас. Возведённый из камня, украшенный колоннами, пилястрами и декоративными карнизами, он выглядит как родовой особняк из старого района столицы, но точно не как госпиталь, однако Розен уверенно идёт ко входу. Я обгоняю, открываю для него дверь, пропускаю первым.

Шаги Розена гулко разносятся по холлу, и откуда-то сбоку навстречу выходит моложавая блондинка в строгом серо-бежевом платье, поверх которого накинут белый сарафан. Передник — для горничных, как и чепчик. Волосы женщины собраны в низкий пучок. Надо полагать, дежурная целительница?

Она жестом приглашает нас в боковую комнату.

— Лорд, кладите студентку на кушетку. Что случилось?

А разве не лучше посадить — вдруг начнёт захлёбываться? Хотя кровь больше не идёт, остановилась почти сразу, как началась.

— Мы нашли девушку в таком состоянии, она лежала у дорожки в траве, — отвечаю я и в паре слов описываю, как Оливи пришла в себя, запаниковала и отключилась.

Тянет добавить, что Оливи может быть жертвой какого-то магического воздействия, но я сдерживаюсь. Зачем болтать? Целительница и без меня разберётся.

Или не разберётся…

Пожалуй, с кем я хочу обсудить случившееся, так это с Чареном.

Целительница окутывает Оливи бледно-зелёным светом, водит руками, закручивая энергию. Я улавливаю знакомый привкус лечебной магии, но понять, что конкретно делает целительница, не могу. С виду ничего не происходит, Оливи лежит неподвижно, дышит рвано, неглубоко. Не похоже, что она приходит в себя, — даже пальцы больше не двигаются, кисть безвольно свисает с края кушетки.

— Что-нибудь ещё? — уточняет целительница.

У меня закрадывается подозрение, что оказать Оливи первую помощь у неё не получается.

— Пожалуй, нет.

— Я позабочусь о девушке, не беспокойтесь.

Это намёк, что нас больше не задерживают?

Хотя целительница, сосредоточенная на Оливи, на нас не смотрит, Розен почтительно склоняет голову и, подхватив меня под руку, увлекает за собой. Я не сопротивляюсь — он прав, праздные зрители в смотровой комнате не нужны. Но узнать, что случилось с Оливи, очень хочется.

Мы выходим на свежий воздух, и я сразу обращаю внимание на пятна:

— Кажется, вам нужно вернуться, Розен. — Не продолжит же он прогулку в пострадавшей одежде, это не аристократично.

— Прежде следует сообщить дознавателю.

Ха, точно.

Только…

С одной стороны, Розен может рассказать о случившемся без меня. С другой стороны, если я увильну, у дознавателя по этому поводу сразу же возникнут ненужные мне вопросы. Да они и так появятся!

По крайней мере, у меня есть возможность подтвердить свою невиновность…

Чёрт, я так хотела избежать общения с представителями власти!

— Веди, — киваю я, смиряясь с неизбежным.

Розен как-то очень естественно, как само собой разумеющееся, предлагает мне локоть, и вроде бы сейчас, когда мы без свидетелей, самое время сказать, что жест меня напрягает, но отказываться совсем не хочется, я даже оправдание нахожу — незачем отстраняться перед потенциально опасной встречей.

На площади перед главным корпусом толпа и веселье: на десятке наспех устроенных дощатых возвышений проходят показательно-шуточные состязания в магии, старшекурсники демонстрируют, чему научились, выясняют, чей огненный шар получится больше и полетит выше. Победители получают вересковые венки.