Книга Я, кухня и два дракона, страница 20 – Луна Фаэр

Присмотревшись внимательнее, я поняла, что это не прилипшие блёстки. Они словно проступали изнутри кожи.

Может, это болезнь?

В голове тут же вспыхнули воспоминания из документальных фильмов, как тысячи американских индейцев погибали не столько от рук первых конкистадоров, сколько от болезней, пришедших с ними. Европейцам тоже досталось — вместе с пленными индейцами в Европу попадали новые болезни, к которым у них не было иммунитета.

А ведь я чужачка в этом мире. У меня нет защиты от местных болячек.

А вдруг эти золотые черточки только поначалу кажутся красивыми, а потом превратятся в страшные язвы, которые покроют всё тело?

На смену картинок с умирающими индейцами пришли образы страшных язв, от которых меня аж передернуло.

Нет-нет-нет! Только не это!

Следующей мыслью было — бежать к драконам и спросить у них, что со мной. Но я тут же отмела её.

Страшно. Голодные ведь. Вместо того чтобы лечить, возьмут и сожрут.

Значит, сначала накормить жаренной картошечкой, а потом уже спрашивать.

С другой стороны, оставлять золотые точечки просто так я тоже не могла. Надо же хоть что-то сделать. Хоть подорожник приложить, что ли!

Вообще-то мысль о подорожнике была скорее криком отчаяния. Но когда я гналась за кабачком и прыгала в траву из окна, кажется, действительно видела там несколько листочков похожих на подорожник.

Я метнулась к окну, перегнулась через подоконник и сразу нашла знакомые кустики. Среди высокой травы, похожей на овсяницу, виднелось несколько пучков подорожника.

Не раздумывая, я перелезла через подоконник, сорвала всё листочки, что нашла,и полезла назад.

Перемыв листья, я обложила ими золотые точки, а зафиксировала «бинтами», наспех разорвав на полоски платок, в котором принесла из кладовки мыльные шарики.

Выглядело не слишком надёжно, но так я хотя бы могла сказать себе, что сделала всё, что могла.

Окончательно успокоившись, я вернулась к главному делу — уборке.

Начать я решила с изучения принципа работы местного водопровода.

Оказывается, кабачок прыгал не просто на стену, а на небольшой каменный медальон диаметром сантиметров семь, с красивой резьбой по краю.

Сейчас вода словно выходила из центральной выпуклой части медальона, но отверстия при этом видно не было.

Я протянула руку, коснулась медальона — и вода тут же исчезла. Словно испарилась. Даже камень стал сухим, будто всегда был таким.

Коснулась центра медальона снова — вода появилась вновь.

— А как сделать погорячее? — повернулась я к кабачку, но его ответа не понадобилось: вода, словно по команде, стала заметно теплее.

Магия, не иначе.

Что ж, начало было не просто положено, а начало становится ещё и приятным.

И пусть тому рыжему красавчику икнется, но кухню я все-таки отмою!

Начать решила с раковины.

Взяла щётку, мыльный шарик, попробовала намылить им щётку, но шарик, едва коснувшись щетины, вспыхнул в моих руках зеленым светом, и я, испугавшись, выронила его вместо со щеткой в раковину.

От падения щётки дно затарахтело так, словно я в него ссыпала горсть щебня, а шарик, продолжая светиться, по спирали докатился до слива и исчез внутри. Из трубы донёсся странный треск, свечение на миг усилилось, а потом всё затихло.

Мы с кабачком переглянулись, после чего осторожно заглянули в раковину.

Ничего. Из слива не вылез неведомый монстр, и не попытался нас сожрать. Щётка спокойно лежала на дне, а вот место, где прокатился шарик, сияло чистотой. И не просто чистотой — казалось, покрытие раковины там стало как новое.