Книга Я, кухня и два дракона, страница 94 – Луна Фаэр

Мне бы, наверное, стоило забеспокоиться, но я каким-то невероятным шестым чувством ощущала, что с ними всё в порядке.

А ещё у меня было странное чувство, будто мне готовят какой-то сюрприз.

Или это у меня после булочек и платья воображение разыгралось?

Не слишком ли много чудес на одну меня?

Желая отвлечься от навязчивых мыслей, я решила немного почитать. Тем более, со слов Дейтара, у него была собрана целая энциклопедия об этом мире — а где ещё узнаешь о нём больше, как не в таком сборнике?

Зайдя в кабинет, я открыла шкаф, взяла первую попавшуюся под руку книгу, устроилась на мягком диване и собралась погрузиться в чтение.

Я раскрыла книгу где-то посередине, ничего особенного не ожидая, но тут же закашлялась, прочитав название статьи: «Истинные пары».

Вот и не верь после этого в случайные совпадения.

В первый момент мне захотелось захлопнуть книгу и взять другую, но я заставила себя остановиться.

Хоть я по-прежнему не верила, что магия может заставить человека по-настоящему полюбить, знать, чем ещё опасна эта связь, было весьма полезно.

Читать иномирный текст было непросто.

Причиной были не буквы — к ним я привыкла быстро, — а слова, у которых не было земных аналогов.

А когда автор начинал использовать магические термины, о которых я не имела даже смутного представления, я и вовсе впадала в ступор.

И всё же кое-что я поняла.

Открытий оказалось два.

Первое —магия, как я и предполагала, не могла искусственно заставить человека полюбить. Её задачей было другое — свести тех, кто идеально подходил друг другу.

В миг первой встречи магия действительно вызывала у пары чувство эйфории, но дальше всё зависело уже не от неё.

Если оба в паре открывались навстречу друг другу, если между ними вспыхивала настоящая любовь, магия истинности укрепляла эту связь, создавая новые сплетения, которые, насколько я поняла, тысячекратно усиливали силу такой пары.

Но, согласно одной из версий автора, происходило это не потому, что магия давала любовь, а потому, что сама питалась ею. И именно настоящая любовь давала магии возможность выйти на совершенно другой, чуть ли не божественный уровень.

Я невольно улыбнулась, остановившись на этих словах.

Настоящая любовь и так была великим даром, а в этом мире к ней прилагался ещё и такой шикарный бонус.

Но моя радость была недолгой.

Уже в следующем абзаце автор рассказывал, что происходило, если один из пары отказывался от дара истинности.

И это было второе открытие.

Пугающе страшное.

Тот, кто отказывался, в чьей душе не возникало любви, жил дальше — спокойно, будто ничего не случилось, будто на его руке никогда не появлялась магическая вязь, которая постепенно исчезала.

А вот второй, тот, чьё сердце уже было приковано, умирал.

Медленно. Сначала — капля за каплей теряя магию, потом — физические силы, и в конце концов… жизнь.

Я опустила взгляд на свои татуировки на обеих руках и глухо сглотнула.

Выходило, что когда драконы предлагали мне выбрать одного из них, они на самом деле предлагали выбрать — для одного жизнь, а для другого смерть.

Мелисса

Я не прикрыла плотно дверь в кабинет, поэтому, когда вернулись Дейтар с Ниварисом, сразу услышала их голоса.

Спешно, словно маленькая воровка, я вернула книгу на место, но сразу выйти не решилась.