Книга Второе высшее магическое, страница 88 – Юлия Жукова, Елизавета Шумская

Лиходеев усмехнулся и произнёс:

— Неплохо было бы.

— Да не пустят её за него замуж, — продолжала я его заговаривать. — Он из простых, а за неё приданое рудниками дают.

— Это он сейчас простой, а потом может и чародеем знатным стать. А ежели к артефакторике склонность имеет, да дурить не будет, то бедным не останется. Буду рад за них. А то вон говорят, что Оляна сегодня дюже странно себя вела, — и посмотрел на себя так вопросительно.

Я только плечами пожала. Мол, не знаю, не ведаю.

— Может, ты вообще замечала не было ли каких странностей в последнее время среди друзей твоих или учителей? — вдруг спросилон.

Замечала, ой как замечала. Но ему-то какая печаль?

— Может, и замечала, — протянула я. — Но мне сейчас многое странным кажется. Не привыкла я ещё к Школе, людям новым да порядкам местным.

— Не лукавь, Велижана Изяславовна, — покачал Лиходеев головой. — Уж больно подозрительна эта твоя молчаливость выглядит.

Тут бы мне вильнуть косой что хвостом и вспомнить нелепость какую, но как леший дёрнул!

— Да в чём же меня можно заподозрить, Яросвет Лютовидович? Я — девица простая, вся моя жизнь, как открытая книга. А вот вы появились незнамо откуда, вопросы такие вот опасные задаёте, сарай подожгли зачем-то. Как вам верить после такого?

— Ты поэтому ко мне на занятие дополнительное не пришла? — сделал он неожиданный вывод.

— Я не пришла, потому что мне больше нравится четверная метода, — нахально заявила я, — а душечара — это что-то такое зыбкое и непонятное.

Тут мы заспорили. Он доказывал, что душачара и сильнее, и пользительнее, а я, мысленно с ним соглашаясь, вслух твердила, что за четверной методой будущее. Ох, хоть бы в этот раз такого не случилось… А когда почти позволила себя убедить, то заявила:

— Всё равно я про вас ничего не знаю, и вопросы ваши меня пугают. Зело вы, Яросвет Лютовидович, подозрительный!

Лиходеев же посмотрел на меня, удивляясь то ли моей смелости, то ли глупости — я вот им точно удивлялась — и вдруг с усмешкою ответил:

— А ты права, Велижана Изяславовна. Я не тот, за кого себя выдаю.

Ох, Велька, бедовая ты душа. Одного раза умереть тебе мало было?

Спасут ли амулеты мои рунные от этого умельца? Что-то сомневаюсь. Но без боя не сдамся! Я за свою вторую жизнь буду драться почище, чем кошка за своих котят!

— О! И кто же вы? — продолжила я играть наивную дурочку, всё ещё надеясь, что драться не придётся.

Лиходеев посмотрел на меня этак подозрительно. Переборщила с представлением, что ли?

— Проверяющий я из Царских Гор, — признался он. — На Школу жалобу подали, мол, золотишко, на казённые нужды выданное, не в дело идёт, а по карманам неких шустрецов. Может, слыхала про такое?

Я задумалась. Нет, в том, что где-то подворовывают, сомнений у меня не возникало. Сама Немира со товарищи не так давно слушала, как их родичи дела делают. Вряд ли здесь сильно иначе. Однако недостатка явного в чём-либо в Школе я не приметила. Да и… не могла я представить Лиходеева за счётными книгами, скрупулёзно их изучающим. Тут характер нужен как у маменьки моей: часами седалище от лавки не отрывать! А он боевой чародей, это сразу видать. Зачем такового посылать циферки пересчитывать? Не так уж много у нас магов, чтобы отправлять их туда, где сморчок сухой куда лучше справится. Так что, чует моё сердечко, брехать Яросвет Лютовидович изволит, девицу честную обманывает. Но я сделаю вид, что поверила. И так сегодня достаточно судьбу искусила. А у меня вон Немир не выгнан из Школы, а Тихоходовы с Жаровыми силу набирают, пока я тут в игры эти странные играю.