Онлайн книга «Развод с драконом, или Каждой твари по паре»
|
Я — вся потная и уставшая, больше часа тащу мешок по полу, и все еще никак не могу покинуть фойе банка. Вот это будет прокол столетия. Как хорошо придумали финансисты Земли — бумажные деньги или карточки. Спрятал в карман и все. Э-эх… Не тем тут заняты мужики, ой не тем! Ладно. Минутка жалости к себе и нытья. А теперь хвост трубой, Аллочка, и вперед грудью на амбразуру. Вспомнился старый анекдот, который любил рассказывать мой первый муж, Олежка. Не уважал «честный вор» советскую власть, мечтал уехать за границу. Виделось ему, что там, в далекой Америке, люди живут лучше и богаче. Так вот про анекдот. Всегда, как опрокинет рюмашку муж, так и рассказывает: «А знаете, какие были последние слова Александра Матросова перед тем, как он упал грудью на амбразуру? Проклятый гололед!» Каждый раз, как делаю что-то авантюрное, всегда вспоминаю и его, и этот анекдот. Мало мы с ним были вместе, но пророс он во мне корнями и семенами. Подарил дочку — хитрую жучку и внучку — авантюристку. И если с годами образ мужа померк, то стоило дочке глянуть на меня с характерным прищуром, и я сразу же вспоминала Олега. И нашу первую встречу на танцах в клубе. Он — городской, одетый по моде, красивый и наглый. И я — забитая деревенская девчонка, жутко стеснявшаяся своего говора и рук с потрескавшимися от тяжелого труда пальцами, поступившая в училище на швею и решившая ни за что в жизни не возвращаться в деревню. Что он во мне тогда нашел? До сих пор не знаю. Так… ладно. Отвлеклась я что-то. Итак. План. Пункт номер один. Надеваю маску, в очередной раз порадовавшись ее присутствию и моей дурацкой привычке, оставшейся из прошлой жизни, тащить все в карманы. И дефилирую мимо стеклянной стены, за которой сидит Амудсен. Разок прошлась, а этот гад уставился впротивоположную стену, словно там кино показывают. Второй раз так же красиво проплыла лебедушкой. И снова ноль внимания на меня. Издевается что ли?! Третий раз я шагаю, как солдат на плацу, прямо вбиваю каблуки туфель в гранитный пол банка. И только краем глаза заметив, что муж обратил-таки на меня внимание, поворачиваю голову чуть вбок, чтобы он увидел профиль и знакомую маску, а потом, плавно покачивая бедрами, ухожу по коридору. Дверь распахивается даже быстрее, чем я рассчитывала. Очень натурально вздрагиваю, когда передо мной вырастает Амудсен. — Поверить не могу. Вы?! Что вы здесь делаете?! Да еще и в таком виде? — Вы ничего не перепутали, дорогой? Я не ваша жена, чтобы так со мной разговаривать, — и обхожу нахала, продолжая свой спектакль. — Стой! Подожди! — хватает меня за руку. — Я просто удивился очень, когда тебя увидел. Ты так внезапно исчезла в прошлый раз… — Я? Ты должно быть шутишь? — повышаю голос, имитируя возмущение. — Какие тут шутки? Все шло так хорошо, мы пили вино, я уже горел надеждой на что-то большее, а потом раз! И просыпаюсь у себя в доме, на полу. — Да потому что пить надо меньше! — В каком смысле? Я пил не намного больше, чем обычно, — возражает Амудсен, но руку мою не отпускает. — Намного! Иначе бы не отключился в самом начале нашей любовной прелюдии! Меня еще никогда так не оскорбляли! — теперь добавляю в голос обиженных ноток. — О… разве… — Ты хочешь сказать, я лгу? Отпусти мою руку, наглец! Видеть тебя больше не хочу… — выступаю, рукой дергаю, но не сильно. |