Книга Нежная Роза для вождей орков, страница 31 – Наташа Фаолини

Мы спускаемся вниз, в недра Горы.

Туннель уходит глубоко под землю, его стены гладкие, словно их веками омывала вода. Воздухстановится теплее, и к запаху камня примешивается аромат влажной земли и каких-то незнакомых, сладковатых цветов.

Здесь темно, и нам приходится идти очень близко друг к другу. В одном узком месте мне приходится почти прижаться к Базальту, чтобы пройти, и я чувствую сквозь одежду жар и несокрушимую твердость его тела.

Он на мгновение останавливается, давая мне протиснуться, и я ощущаю его горячее дыхание у себя на виске.

Вскоре стены туннеля начинают слабо светиться изнутри — в камне проступают тонкие жилы голубоватого кристалла, освещая нам путь.

Мягкий, призрачный свет выхватывает из мрака лицо Базальта, и я вижу, что он смотрит не на дорогу, а на меня.

Его взгляд серьезен, а в глубине его зеленых глаз плещется что-то темное и обжигающее.

По коже бегут мурашки, и я быстро отворачиваюсь.

Наконец, спуск заканчивается, и мы выходим в огромную, захватывающую дух пещеру.

Свод теряется где-то в невообразимой вышине, весь усыпанный тысячами таких же светящихся кристаллов. Они мерцают, как звезды, создавая иллюзию ночного неба под землей.

А в центре этой пещеры раскинулось озеро.

Вода в нем абсолютно неподвижна и так прозрачна, что в ней, как в зеркале, отражается звездный свод пещеры.

Вода сама по себе испускает слабое, мягкое сияние. По берегам озера, вместо гальки, лежит мелкий, серебристый песок, а у самой воды растут бледные, призрачные цветы, которые раскрывают и закрывают свои лепестки в такт какому-то невидимому дыханию.

Здесь царит абсолютная, благоговейная тишина, нарушаемая лишь редким, мелодичным звоном капли, срывающейся откуда-то с высоты.

Но когда я поворачиваюсь к Базальту, чтобы поделиться этим восторгом, я вижу, что он смотрит не на озеро, а на мое лицо.

В его глазах отражается свет кристаллов и что-то еще — теплое, глубокое, чего я раньше не видела. Он так и не отпустил мою руку.

— В нем можно… искупаться? — тихо спрашиваю я, не отрывая взгляда от его глаз. — Вода кажется такой теплой.

Рука Базальта, держащая мою, на мгновение сжимается.

— Нет, — его голос звучит глухо и серьезно, возвращая меня в реальность.

Я с недоумением смотрю на него.

— Почему?

— Это Первозданное озеро, — говорит он. — Его вода — сама жизнь Горы. Она не терпит ничего мертвого, ничего рукотворного.

Я не понимаю.

— Что это значит?

— Ничто, созданное руками не может коснуться этой воды. Иначе она обратит это в прах, а того, кто это принес — убьет на месте. Смерть будет мгновенной.

Рукотворное… На несколько мгновений я задумываюсь, сопоставляя его слова. Ничего созданного руками. Иначе — смерть.

А тогда до меня доходит.

Щеки вспыхивают огнем, и я уверена, что в мягком свете кристаллов это хорошо видно.

Я медленно поднимаю на него взгляд, и в моих глазах, должно быть, читается и смущение, и вызов.

— Хочешь сказать, — мой голос предательски дрожит, — купаться в нем можно только голышом?

— Именно.

Слово «Именно» повисает в сияющей тишине пещеры. Я смотрю на Базальта, и мое лицо горит от смущения.

Он стоит, все еще держа меня за руку, его лицо непроницаемо, но я вижу, как напряглась линия его челюсти.

— Сюда приходят за спокойствием, — наконец произносит он, и его голос кажется слишком громким в этой звенящей тишине. Он отпускает мою руку, и я чувствую себя так, словно оборвалась последняя нить, связывающая меня с реальностью. — В этом озере редко кто купается.