Книга Изгнанники Зеннона, страница 100 – Алина Брюс

За моей спиной, исходя криком, приближались Тени.

Не чувствуя ног, задыхаясь, я ввалилась в сарай, едва не столкнувшись в дверях с Кинном. Не говоря ни слова, я сунула ему в руку игний. Кинн тут же развернулся и бросился к остальным камням. Из последних сил я захлопнула за собой дверь, сделала от нее пару шагов и, осев на пол, с хрипом выдохнула:

– Они здесь.

Крики раздались прямо у порога, и тут дверной проем осветился, выделив темный прямоугольник двери, – снаружи загорелся щит. Разъяренные Тени взвыли, как волки, у которых отобрали добычу.

У меня в груди и боку саднило от бега, мокрая одежда противно липла к коже, но я улыбнулась, чувствуя, что на глаза наворачиваются слезы.

Кинн медленно обернулся. Его лицо с синяками и ссадинами выглядело таким потрясенным, что он казался беззащитным, как ребенок.

Я оперлась спиной о ближайший ящик, выдохнула и позволила себе немного расслабиться.

– А теперь расскажи, как ты оказался вместе с Волками.

Вместо ответа Кинн оглушительно чихнул. Вытирая нос рукой, он немного гнусаво заметил:

– Сначала надо переодеться, а то простудимся.

Только после его слов я заметила, что меня бьет мелкая дрожь от холода и нервного перенапряжения. Переодеться бы не помешало, но во что?

Я огляделась. В сарае не было ничего даже отдаленно похожего на одежду, разве что попробовать облачиться в корзины. От этой мысли мне стало одновременно неловко и смешно, и я фыркнула.

Кинн вопросительно поднял брови. Я кивнула на плетенки, кучей сваленные в ближайшем углу.

– Предлагаешь вот это надеть?

Представив корзину, надетую на меня вверх дном вместо юбки, я не удержалась от смеха.

– На самом деле я имел в виду что-то менее… экзотичное. – Уголки губ Кинна тоже поползли вверх. – Где-то здесь были мешки из-под зерна.

На пару секунд мы уставились друг на друга, а потом, не сговариваясь, зашлись в истеричном хохоте, да так, что слезы брызнули из глаз. У меня уже заныли мышцы живота, но я никак не могла остановиться – меня согревал и подталкивал смех Кинна, который я услышала впервые в жизни. И его смех мне безумно понравился.

Тени что есть силы бушевали снаружи, но я не обращала на них внимания – смех будто укрыл меня теплым коконом.

Еще улыбаясь, Кинн наконец поднялся и очень осторожно обошел вокруг, хотя в осторожности не было нужды: иррит, камень удержания, не давал остальным сдвинуться с места, пока горел щит. Из одной тачки, грустно лежащей без колес, Кинн достал целую охапку огромных мешков. Прежде чем я успела спросить, как именно предполагается их надеть, он вытащил из внутреннего кармана куртки складной нож.

– Пришлось позаимствовать у Волков. Арганитовое лезвие. Вода ему не страшна.

При виде ножа я тут же вспомнила про его рану и спросила:

– Как твоя рука?

– Могло быть хуже. Не бери в голову, заживет.

Решительно отказавшись от моей помощи, Кинн частично вспорол дно двух мешков, а сбоку проделал отверстия для рук. И тут у меня возник вопрос, от которого к щекам прилила кровь:

– А… как мы переоденемся?

Кинн, взяв в руки еще пару мешков, кивнул куда-то влево:

– Там есть дверь. Проверим. И ты, если что, сможешь пойти туда.

Неловко встав на ноги, я разглядела дверной проем за ящиками, составленными у стены. Закончив с мешками, Кинн сдвинул ящики в сторону.