Книга Игла. Сказ о сердце Кощеевом, страница 60 – Елена Кондрацкая

– Их оказалось трое, – усмехнулся Светозар, с трудом разлепляя глаза. – Грёбаная семейка волколаков. Отца с мамашей я зарубил, но не знал, что у них была дочка. Она меня досюда выследила, сука. Она с собой их головы притащила, представляешь? Швырнула мне их под ноги, прежде чем перекинуться. Шустрая, я даже меч не успел достать.

Иглу затрясло ещё сильнее. Чары не справлялись, и она это видела.

– И где… где она теперь? Ты её убил? – выдавила Игла, вливая в Светозара всю свою магию. Плохо, если она продолжит в том же духе, то убьёт себя. Кощей знал, что закончится всё не этим, но не мог отделаться от этой жуткой мысли. – Светозар. Не спи.

– Твой дружок… леший подоспел, разорвал её… в два удара, а я домой пошёл. Как раз к ужину. – Он попытался засмеяться, но тут же закашлялся. Паузы между словами становились всё дольше. Светозар поморщился, на глаза его навернулись слёзы, и он всхлипнул, отчего из ран на груди с новой силой пролилась кровь. – Боги, Игла, я не хочу умирать.

– Ты не умрёшь, – замотала головой Игла, хотя глубина ран говорила об обратном. То, что Светозар всё ещё дышал, было почти чудом. Его поддерживали чары Иглы, но как только они ослабнут хоть немного…

Светозар закрыл рот окровавленной рукой и снова всхлипнул.

– Я не могу… я не хочу, чтобы всё закончилось вот так.

– Я не позволю тебе умереть. Слышишь? Смотри на меня! Я не… Светозар? Светозар!

Его рука безвольно упала на пол, взгляд замер, остановившись на Игле, брови приподняты, а губы приоткрыты, будто он не успел сказать что-то важное.

– Светозар! – закричала Игла, срывая голос и погружая ладони в его так и не затянувшиеся раны. – Вернись! Вернись! Вернись!

Она закричала снова, громко, отчаянно, дико, будто раненое животное. Обняла мёртвое тело Светозара, завыла, затряслась всем своим хрупким телом. Её белая сорочка, рыжие волосы, кожа пропитались кровью, а она всё кричала, звала Светозара, не переставая до тех пор, пока не потеряла голос. А Кощея вдруг накрыло осознанием того, что случилось с ней в гостевой избе, когда ему хватило ума завалиться в светлицу в окровавленном платье. Какой же он дурак! Если б он только знал, то… что? Позаботился бы о её чувствах? Нет, конечно нет. Он никогда ни о ком не заботился. Он на это попросту не способен, как не способен думать и переживать о других. Как не способен на чувства. Ведь все знают, что у Кощея нет сердца.

Игла упала на пол, закрыв голову руками, зажмурилась, ожидая нестерпимой боли, но удара камней не последовало. Грохот прекратился и обернулся звенящей тишиной. С колотящимся от испуга сердцем Игла распахнула глаза и села. Коридор выглядел совершенно целым, светящиеся колонны ровными рядами уходили вдаль. А вот Дара нигде не было. Игла позвала его, поднимаясь на ноги, но никто ей не ответил. Что за чертовщина? Магия заполняла коридор, жгла кожу раскаленным клеймом, кусала щёки подобно морозу. Игла втянула носом воздух. Если прежде магии вокруг было много, то теперь… Всё окружающее пространство было буквально соткано из чар. Прежде Игла никогда не сталкивалась ни с чем похожим. Значит, вот так выглядят иллюзии Тёмных? Игла осторожно коснулась колонны, и ровный низкий гул захватил всё тело. Интересно. Дом Кощея тоже был скрыт от глаз иллюзией, но там сила не давила так. Те чары были похожи на магию, которой дышал лес, которую творила сама Игла, но здесь… Они были какие-то противоестественные, сладковато-приторные, мёртвые. Остальные Тёмные тоже обладают подобной магией? И почему… почему с Кощеем всё иначе? В том ли дело, что, как сказал Дар, он был зачат и взращен в любви? Что случается, когда несущая смерть богиня влюбляется и по собственной воле созидает жизнь? Неужели причина, по которой сила этого места настолько пугает, в том, что Морена возлегла с богатырями не по зову сердца? В том, чтоона от них породила…