Книга Простите, ректор, но теперь вы тролль!, страница 22 – Лариса Петровичева

— Вы ж гады какие… — оторопело проговорил он. — Вы чего ж наделали-то, а?

Тело Ангивара снова вздрогнуло: в его глубине что-то росло, с каждой секундой увеличиваясь в размерах.

Эх, правильно говорила моя бабка: когда ешь, жуй, как следует, а не глотай, как с голодного края!

Лепешка, которую он схарчил и запил водой, сейчас росла в нем, разрывая внутренности. Такого простенькогосюрприза он не ожидал — да и я, честно говоря, тоже не ожидала, что так выйдет.

— Гады… — повторил Ангивар и обмяк на земле. Латимер удовлетворенно кивнул, поднялся и легонько пнул чудище, но Ангивар больше не подавал признаков жизни.

Кажется, и эту тварь мы победили…

— Потерпи еще минутку, — с сытым удовлетворением хищника произнес Латимер. — Сейчас я тебя распутаю.

Я и не думала, что громадные каменные пальцы Латимера могут двигаться так осторожно. Через несколько минут он полностью избавил меня от паутины и сказал:

— Ловко же ты придумала, как с ним справиться.

— Честно говоря, я не придумывала, — призналась я. — Как-то оно само получилось. А ты понял, кто именно отправил сюда Ангивара?

Сидеть рядом с деревьями, затянутыми паутиной, не хотелось. Латимер бросил в белесые нити сверкающие шарики чар, и паутина вспыхнула и рассыпалась пеплом. Готова поклясться, дубы в ту же минуту благодарно заскрипели. Ректор опустился на землю и я вдруг с сочувствием подумала: наверно, он устал таскать на себе такую громаду.

Ничего. Разберемся и с камнем.

— Когда на нас полетели змеи, я заподозрил Гуго Хатчинсона, — произнес Латимер. — Мы с ним давние идейные враги, он считает, что студентов незачем учить тому, что никогда не пригодится на практике. Например, направлению чар через перекрестные потоки энергии по принципу Аали.

Наверно, у меня было очень выразительное лицо, потому что ректор снисходительно продолжил:

— Одним словом, Хатчинсон считает, что учить надо основам, а жизненная практика накрутит все остальное.

— Понятно, — кивнула я. — Пришел на работу и забудь все, чему тебя учили в академии.

— Примитивно, но верно, — согласился Латимер, и я даже чуточку обрадовалась: раз он может меня подкалывать, значит, не падает духом. — А я считаю, что в академии должны дать максимальную теорию и практику. Не экономя на внутренних курсах. В общем, мы много с ним грызлись на эту тему, слово за слово, однажды дошло до дуэли.

— Я даже не удивляюсь, что дошло, — улыбнулась я. — Странно, что не сразу.

Камень издал весьма впечатляющий скрип и скрежет, словно ректор советовал мне держать рот на замке.

— Но Гуго Хатчинсон никогда не справится с такой тварью, как этот Ангивар. Он порождение предвечной тьмы, а подчинить его себе и заставить выполнять приказы могут только очень сильные и опытные маги. Или магички.

Так-так. Если в деле замешана женщина, оно становится намного опаснее и интереснее.

— Она в тебя влюбилась, — сказала я. — А ты ей отказал.

Каменная глыба шевельнулась. Латимер приподнялся на локте и посмотрел на меня очень внимательно — так, как смотрел на студентов, которыепритащили на экзамен шпаргалки. Я уставилась на него с самым невинным и непринужденным видом. Улыбнулась.

— Угадала, да?

— Ну угадала, — недовольно ответил Латимер, и я весело похлопала в ладоши.

— И как же было дело? И кто она такая?

Латимер завел глаза вверх.