Книга Медиум смотрит на звёзды, страница 42 – Мария Ермакова

Бока лиса поднимались и опускались едва заметно, но они двигались! Я принялась растирать их, переходя на его грудь и лапы, до тех пор, покуда они не потеплели. Лисичка активно помогала мне, продолжая вылизывать его морду и уши, а призрак наблюдал за нами, не шевелясь.

Лис приоткрыл веки, и на меня глянули незнакомые ореховые глаза.

– Когда ты окончательно придешь в себя, Бреннон Расмус, я убью тебя собственноручно за то, что ты заставил меня только что пережить! Дважды! – рявкнула я.

Лис моргнул, с трудом поднялся и ткнулся носом мне в руки. Как мне показалось, виновато. После чего повернулся к Амелии, точнее, к лисе, в которую она обернулась, и лизнул ее в морду.

– Я сейчас отвернусь, а вы превращайтесь назад и давайте-ка убираться отсюда! – приказала я.

Отошла в световой квадрат и посмотрела вверх, услышав отдаленный треск. Должно быть, ветка сломалась, не выдержала тяжести снега.

– Линн? – услышала я.

Обернулась и увидела уже одетого Брена – такого же, как и всегда, только очень бледного. Его губы отливали синевой.

Я бросилась к нему и обняла. Так крепко, как могла. Я бы разрыдалась у него на груди, но делать это на глазах Амелии показалось неправильным.

Расмус прижал меня к себе и коротко выдохнул.

– Ну вот, Линн, ты же мечтала увидеть норрофиндских оборотней? – спросил он, помедлив.

– Не при таких обстоятельствах, – сердито сказала я и, отстранившись, посмотрела на Амелию.

Горничная наблюдала за нами с выражением недоумения и обиды на лице.

– Ты не рассказал Амелии про меня? – уточнила я.

Расмус виновато качнул головой:

– Я же находился здесь инкогнито.

– Простите меня, леди Торч, – подала голос горничная, и губы ее задрожали: – Вы с ним… Я…

Подойдя, взяла ее за руки.

– Бреннон – мой друг и секретарь, мы знакомы с детства. Если в тебе он нашел свою судьбу, я буду рада этому от всего сердца! Но сейчас давайте вернемся в замок – Брену нужно срочно показаться доктору Карверу.

– Это ни к чему, Линн! – возмутился он. – Ты когда-нибудьвидела, чтобы я болел?

– Я никогда не видела тебя замерзшим до состояния сосульки! – возразила я и подтолкнула Амелию к лестнице.

– Поднимайся, поможешь ему вылезти, а я буду страховать сзади.

– Не надо меня страховать! – поморщился Расмус и полез на ступеньки следом за горничной.

Двигался он так, будто его суставы были сделаны из железа и заржавели.

Я оглянулась на призрачную лису и тихо сказала:

– Спасибо тебе! Я этого не забуду!

Она довольно прижмурила бельма.

Треск в лесу повторился.

Лисица вдруг прижала уши и, припав к земле, посмотрела в открытый люк.

От нехорошего предчувствия заломило виски. Я заторопилась к лестнице и едва очутилась на поверхности, увидела между деревьев размазанную фигуру. Дед, предупреждая меня о призраке, говорил вовсе не о лисице!

– Амелия, помоги Брену добраться до замка, – сказала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

– Линн? – вскинулся Расмус, который лучше всех разбирался в его оттенках.

– Все нормально. Здесь привидение, с которым нужно поговорить. Идите! – стиснув зубы, приказала я.

Амелия посмотрела на меня с ужасом, но, перекинув руку Расмуса через свою шею, заставила опереться на себя и потащила прочь. Никто бы не стал подозревать такую силу в хрупкой девушке, однако я уже видела, как легко она прыгает с высоты. Мне стало ясным все то, что я ранее замечала и у Расмуса, но не считала странным, поскольку никогда не сравнивала его с другими людьми: излишне чуткий слух, сила, скрытая в худощавом теле, то, как он ориентировался в темноте, частые ночные отлучки «по своим делам». Оказывается, чудо все время было рядом, а я его не замечала, поглощенная собственными проблемами.