Онлайн книга «Право на выбор»
|
Когда я касаюсь ее губами и следом — языком, в голове у меня что-то взрывается. … под пальцами — липко и мокро. Размазанная по губам и лицу жидкость проникает в поры и кровоток и воспламеняет его, как керосин. В голове — пустота и гул, его эхо катится по ватному телу туда и обратно… туда и обратно… на грани сознания — хриплые стоны, мои, его, чьи?.. я не выдерживаю — прячу одну руку между ног, зажимая пульсирующее и дрожащее там… словно если не держать, оно разорвет меня на куски… этот вакуум внутри меня ширится, ширится, тянет во все стороны… ему нужно… мне нужно… иначе… оно меня… уничтожит… Я поднимаю голову, шею свело уже и простреливает мгновенно тающей болью… Мар сидит, вцепившись в собственные бедра так, что еще чуть-чуть и сломает их, его руки по обе стороны от меня напряжены, все нити и ткани натянуты до предела их стойкости… сколько времени уже… хотя какая разница… Я заползаю ему на колени — и руки на бедрах оживают. Они сжимают ягодицы, близко, боже, как близко… но мало… этого так… мало… — Дай… попробую… — Ты с ума сошла… — Да, да… только попробую… Я приподнимаюсь на коленях, сдвигаю белье, тянется влага тонкими нитями… одной рукой направляю в себя… еще немного — и начну скулить, но к счастью, не приходится. К счастью ли?.. Вместо этого я припадочно дышу, когда в меня упирается, давит и глушит огромное, обжигающее… когда оно, до спазма растягивая, оказывается внутри… колени и бедра трясутся, сейчас обломаются, господи боже, нет, оно слишком большое, я не смогу, не выйдет, ничего не выйдет… толчок — и еще глубже, еще ниже… спазм мышц просто чудовищный, это молнии за окном или искры из глаз, как же больно, господи, как же это больно… Я упираюсь ладонью Мару в грудь — она ходуном ходит. Я стараюсь не шевелиться, дышать ровно, понемногу расслабляя внутренние мышцы… они неохотно,но поддаются… жжение понемногу стихает, по члену тура обильно стекает сводившая меня с ума смазка, она явно что-то такое со мной делает, потому что вместо жжения я уже чувствую… чувствую… Ноги все-таки сдаются — и я с размаху насаживаюсь всей глубиной сразу. Дыхания хватает на короткий вскрик — а потом грудную клетку запирает, я как рыба хватаю ртом воздух. Сколько… сколько там… по ощущениям — километры, по ощущениям сейчас умру, точно умру, господи… оно пульсирует внутри и кажется, с каждой секундой становится все больше… расслабиться… расслабить мышцы, иначе я сейчас… Я не успеваю ни расслабиться, ни свихнуться, когда Мар тянет меня выше и внутри — снова пустота. — Прости… прости, прости меня… очень больно?.. сейчас, подожди… От слабости и эхолирующей боли я с трудом соображаю и прихожу в себя уже голой на постели, когда Мар осторожно втирает мне между ног что-то холодное и липкое. — Что ты… — У тебя тут… кровь. — Серьезно?.. — Серьезно. В голове шумит, по телу бродят спазмы и судороги… Остатки неудовлетворения быстро стихают под волнами огорчения. Не вышло… ну а чего ты ждала?.. вы все-таки разных видов… тут и с человеком бывает не с первого раза ладится… Закончив с обработкой, Мар ложится рядом, молча сгребает меня в охапку, прижимает к груди… в ней неистово колотится, и я пытаюсь поглаживанием замедлить этот бой. Что мертвому припарка — он не стихает, не замедляется… мне стыдно и горестно, больно и очень обидно… |