Книга Физрук: на своей волне 7, страница 12 – Валерий Гуров

Михаил пистолет не опускал. Оружие, разумеется, было травматическим, как мы обговаривали. Но в этот момент это уже мало кого волновало.

— Миша, тебе слово, — сказал я, повернувшись к нему.

— Требование у меня одно и единственное, — сразу взял он слово.

Я прекрасно понимал, что требования будут жёсткими. Но, как говорится, не зевай — на то и ярмарка. Ситуация сама к этому подвела.

— У вас есть ровно месяц, — продолжил Миша, — чтобы выполнить все те требования, которые вам уже озвучил Владимир. А после этого каждый из вас, независимо от того, есть у него какие-то законные основанияили нет, валит к чёртовой матери из нашего города. Раз и навсегда.

Я заранее знал, что именно так Миша и сформулирует своё требование. Мои бывшие ученики его поддержали единогласно и это требование поддержал и я сам.

Миша говорил громко, так, чтобы его слышал не только Али, но и все остальные присутствующие здесь люди. Чтобы ни у кого потом не возникло соблазна сказать, что он что-то «не так понял» или «не расслышал».

Люди Али тотчас начали перешёптываться между собой. Было видно, что каждый из них прекрасно понимает, насколько серьёзной для них является озвученная предъява.

— Других предложений у меня для вас нет, — продолжил Михаил тем же жёстким, ровным тоном. — Если вы не готовы уважать нас, то и мы вас уважать и терпеть здесь просто не будем. Я не хочу, чтобы в моём городе были люди, которые, во-первых, не держат своё мужское слово, — отчеканил он. — А во-вторых, готовы толпой забить до смерти обычного школьного учителя, виноватого лишь в том, что сделал одному из вас замечание.

Я прекрасно понимал, что для этих товарищей предложение было практически неприемлемым. Всё-таки здесь у них уже всё стояло на рельсах — бизнес, налаженные связи, отлаженные схемы, деньги, которые исправно текли мимо бюджета страны, в которую они приехали.

Я так же ясно понимал и другое. Вернись они на свою родину — им пришлось бы начинать всё фактически с нуля. И далеко не факт, что у них получилось бы выстроить всё заново. Слишком многое здесь им сходило с рук.

Потому что там, у себя дома, они уже не смогли бы так вольно нарушать законы. И уж точно не смогли бы относиться к окружающим с тем же пренебрежением и наглостью, к которым привыкли здесь.

Я прекрасно понимал, какой будет ответная реакция со стороны людей Али на это предложение. И именно поэтому внимательно следил за каждым их движением.

— Миша… сейчас максимально осторожнее… — прошептал я своему бывшему лучшему ученику.

И сказал я это вовремя.

В тот же самый момент один из людей Али резко рванул вниз, к пистолету, лежавшему на земле. Только вот, в отличие от нашего оружия, пистолет у этого товарища был самый что ни на есть настоящий. Боевой.

Он схватил ствол и тут же начал беспорядочную пальбу.

Мои пацаны среагировали мгновенно. Все разом ушли за автомобили, прячась за металл и одновременнооткрывая ответный огонь из травматов. Я тоже нырнул за укрытие, прижавшись к машине.

Остальные люди Али начали хватать своё оружие. Ситуация окончательно сорвалась с тормозов.

— Аркаша ранен! — услышал я сквозь треск выстрелов.

Аркаша шипел от боли, но не сдавался, продолжая отстреливаться, прижимаясь к боку машины.

Эти товарищи, обнаглевшие окончательно, даже не понимали, что только что сами себе подписали приговор.