Книга Физрук: на своей волне 2, страница 110 – Валерий Гуров

Я посмотрел на них всех, на этот растерявшийся коллектив, который умел только бояться и изображать бурную деятельность. И сразу понял, что если никто не двинется, то они так и будут стоять до приезда «высокого гостя».

— Коллеги! — все головы повернулись в мою сторону. — Если ни у кого нет идей, то я выскажу свои мысли на этот счёт.

Взгляды тотчас устремились на меня.

— Конечно, Владимир Петрович, — послышались голоса из разных углов. — Возможно, вы знаете, что делать.

Я пожал плечами. — Я-то знаю, — заверил я. — Но, что называется, не люблю лезть поперёк батьки в пекло. Не люблю давать советы, когда их не просят.

Я сделал паузу и перевёл взгляд на завуча. — София Михайловна, может, у вас есть какие-то мысли? — спросил я с подчеркнутой вежливостью. — Епархия-то ваша.

Мымра тут же начала оправдываться: — Нет, это не находится в зоне моих компетенций, — пробормотала она, складывая руки на груди.

Директор посмотрел на меня с мольбой: — Владимир Петрович, говорите. Богом прошу. У нас совершенно нет времени.

— Понял, ну, есть у меня определённые мысли на тему, как встретить нашего уважаемого бизнесмена. Но сначала скажите: сколько у нас времени до его приезда?

Директор посмотрел на часы, нахмурился. — Около часа. Не больше…

Я задумался,машинально постукивая пальцами по столу. Час — это ничто, особенно для таких мероприятий. Но другого выхода нет. Значит, придётся укладываться в жёсткие лимиты и действовать быстро.

Учительницы снова заахали и заохали.

— Хорошо, — я поднял руку, призывая всех к тишине. — Прежде чем что-то обсуждать, хочу сразу удостовериться, что все присутствующие готовы делать то, что я скажу.

Коллектив замолчал, слушая, что я скажу дальше.

— Без самодеятельности, без «а давайте попробуем по-другому». Работать будем чётко, как одна команда, — выдвинул я свои требования.

Лёня нетерпеливо махнул рукой: — Да ладно уж, не церемоньтесь, Владимир Петрович. Время у нас тает на глазах. Все согласны? Все готовы слушать Владимира Петровича?

Учительницы закивали в унисон.

Я понимал, что без дисциплины этот коллектив мгновенно превратится в хаотичную толпу. В отличие от всех здесь присутствующих, я прекрасно знал привычки своего старого знакомого — Али Крещёного. Сколько лет мы шли бок о бок… чего только не было.

Я знал, как он думает, куда смотрит, на что обращает внимание и где может подловить, а где, наоборот, похвалит. И это знание давало мне преимущество, которое грех было не использовать.

Я обвёл коллектив взглядом и остановился на завуче.

— София Михайловна, а вы готовы меня слушать? — спросил я.

— Готова, — прошипела она, не поднимая глаз.

— Вот и прекрасно, — сказал я. — Тогда внимательно слушайте.

Учительская снова замолкла, и всё внимание теперь было приковано ко мне.

Я начал излагать план чётко, шаг за шагом. Кто что делает, кто отвечает за встречу, кто сопровождает, а кто обеспечивает показушную «активность коллектива». Я говорил, а учительницы кивали, физичка даже записывала в блокнот.

Завуч поначалу молчала, но к концу всё-таки не выдержала.

— Леонид Яковлевич, мне кажется, это уже перебор!

Директор не ответил сразу. Нахмурился, посмотрел на меня пристально, видно было — взвешивает. Решения-то я предлагал нестандартные, мягко говоря.

— Мы пообещали Владимиру Петровичу, что сделаем ровно то, что он скажет. И, честно говоря, ни на что другое у нас уже просто не хватит времени, — заключил Лёня.