Книга Оперативник с ИИ, страница 117 – Рафаэль Дамиров

А яподошел к охраннику, и он с подозрением на меня уставился.

— Мне нужно попасть внутрь, — сказал я, когда он намеренно перегородил проход.

Я показал удостоверение.

— Нет, — ответил он ровно. — Я не могу вас пустить. Частная клиника и… частная палата.

Иби тут же включилась, спокойно и деловито начав перечислять нормы: по закону о полиции я имею право доступа в помещение при наличии оснований полагать, что там совершается или может совершаться преступление. Я мысленно отмахнулся от всей этой кодексной шелухи.

— Разберёмся без бумажной фигни, — сказал я вслух, использовав ответ и туда, и сюда. — И всё же я пройду.

Я потянулся к ручке двери.

Охранник положил мне руку на плечо, останавливая. Он был выше меня на голову и ощутимо тяжелее, на пару пудов, если не больше. Почему-то в этот момент в голове всплыло слово «пуды», и тут же следом мысль о завтрашней сдаче физо, о полугодовом зачёте, где одно из упражнений — толчок полуторапудовой гири, тех самых двадцати четырёх килограммов.

— Подключаюсь к твоим рефлексам, — сказала Иби. — Активирую мышечную память. Всё, что ты изучал в академии и на занятиях по боевой подготовке, перенастраиваю на двигательные центры.

Я даже не успел её попросить. Молодец, Иби.

А дальше рука сама перехватила кисть охранника, движение вышло коротким и точным, я отвёл её в сторону, подобрав правильный угол, и кистевой сустав ушёл на излом почти без усилий — всё решал правильно подобранный рычаг.

Охранник с тихим, сдавленным оханьем осел к моим ногам. Его вторая рука тут же потянулась под пиджак, к кобуре, но я, шагнув полукругом, завернул ему руку так, что он распластался на полу. Я придавил здоровяка коленом между лопаток, присел и вытащил у него из кобуры пистолет. Служебный ИЖ — стандартный ствол для охранных структур, конструкция ствола ослаблена, пуля калибра как у Макарова, но навеска пороха меньше. Оно и к лучшему. Не бандит, получается.

— Слушай, — сказал я грозно, — я при исполнении. Воспрепятствование законным требованиям сотрудника полиции — это правонарушение. Так что ты тут полежи, отдохни, а я всё-таки пройду.

Я отпустил его, выщелкнул магазин,сунул его в карман, сам пистолет положил рядом, на тумбочку.

— Патроны верну, когда выйду.

Он зло щурился, молчал и кривился от боли, держась за вывернутый сустав. Я развернулся и вошёл в палату.

Андрей Беловский стоял у кровати. Брат пропавшей Инги, нейрофизиолога, теперь резко обернулся, и я увидел, что на кровати лежит человек, подключённый к аппаратуре. Монитор сердечного ритма с бегущей зелёной линией, капельница с прозрачным раствором, инфузионный насос, аккуратно дозирующий подачу, датчик сатурации на пальце, провода ЭКГ, уходящие к небольшому блоку у изголовья. Тихий, равномерный писк, ровное дыхание, которое поддерживал аппарат ИВЛ, — маска плотно прилегала к лицу.

Я ещё не разглядел её лицо, но уже знал, кто это.

— Это вы? — воскликнул Андрей. — Как вы прошли?

— Андрей, — сказал я, — спокойно.

— Не подходите, — прошипел он, делая шаг ко мне. — Вы не причините ей вред.

— Я на твоей стороне, — сказал я и остановился, не делая резких движений. — Это ведь ты забрал свою сестру из больницы и спрятал её здесь, в частной клинике. Так?

Он стиснул челюсти, но не ответил.

— Если бы я хотел ей навредить, — продолжил я ровным тоном, — я пришёл бы не один. И пришёл бы тогда, когда тебя здесь не было.