Онлайн книга «Капкан Бешеного 2»
|
Проклятый Шацкий, этот отставной мент наверняка знал, кого подсовывал! — Твою мать... — повторил Немец, поднимаясь с кресла. «Стало быть, и покойный Вадим Алексеевич был вовсе не тем, за кого себя выдавал? Стало быть, каждый шаг его, Миллера, был известен или на Лубянке, или на Шаболовке, или... страшно подумать где?!» Александр Фридрихович взъерошил пятернёй гладко зачёсанные волосы, потёр руками лицо, огромным усилием воли взял себя в руки. Звон в голове слабел, и способность мыслить трезво постепенно возвращалась к нему. Он сунул руку в пиджачный карман, механически нащупал вторые ключи от «Линкольна», носовой платок, мятые кредитки, номерок из гардероба. Сознание заработало более-менее чётко и стало ясно, что ему нужно делать!.. Первой мыслью было — бежать!.. Нет, бежать нельзя, надо всё-таки засвидетельствовать свою непричастность к смерти Габуния: крикнуть что-нибудь испуганное, позвать швейцара или метрдотеля, позвонить ментам по 02... Нет, бежать всё-таки надо: если его телохранители вовсе не те, за кого себя выдавали, стало быть, знают они слишком много, а это грозит ему, Немцу, огромными неприятностями. Кстати, и Серебрянский, оказавшийся в их руках, наверняка попытается купить жизнь своими «чистосердечными признаниями». Оперативники могут прибыть с минуты на минуту, и никто не даст гарантий, что они с ходу не арестуют его. Абанковские активы уже переведены в Россию, и механизм биржевых спекуляций будет запущен со дня на день. Руководить-то этим процессом может лишь он, Александр Фридрихович! Быстро одевшись, Немец бросился к выходу и едва не поскользнулся в лужице крови на мраморной площадке. Острый взгляд Александра Фридриховича зафиксировал блестящий металлический цилиндрик на ступеньках — это была пистолетная гильза. Значит, и тут, на улице, тоже стреляли. Кто в кого? В сущности, какая теперь разница! «Линкольн» по-прежнему стоял на паркинге, однако ни Воронова, оставленного в салоне, ни Говоркова в машине не оказалось. Куда они исчезли — уехали, ушли пешком или скрылись на «Опеле» Анатолия Ильича, — думать не хотелось. В два прыжка Миллер оказался у двери машины. Рванул дверцу, быстро завёл двигатель и, не прогревая его, помчался в сторону улицы 1905 года... План дальнейших действий вырисовывался более-менее отчётливо: прийти в себя, отдать несколько распоряжений экономистам «Защитника» и завтра же попытаться бежать из России. Загранпаспорт с мультивизой в Германию у Миллера есть, а руководить финансовыми процессами можно и из-за границы. — Ничего, мы ещё повоюем... — задыхаясь от злости, прошептал Александр Фридрихович. — Мы ещё посмотрим, кто кого... Тёмно-серый «Форд-эскорт» медленно катил по залитой огнями Краснопресненской набережной. Артём вёл машину с огромным усилием: багровая пелена застилала глаза, кровь из разбитых рук стекала на руль, ладони скользили по мокрой пластмассе, ноги сделались чужими, словно ватными, подошвы то и дело соскальзывали с педалей. Свет фонарей, отражённый влажным асфальтом, неоновые огни рекламы, красные огоньки габаритов впереди идущих автомобилей — всё это расплывалось в одно огромное, причудливое пятно. Машина шла рывками, словно за рулём сидел начинающий или «в лоскуты»пьяный водитель. К счастью, лежавший позади пленник не подавал при-знаков жизни: видимо, тот голубоглазый блондин по кличке Бешеный здорово приложил его! Приди киллер сейчас в себя и освободи он руки от удавки-галстука, Змей не смог бы оказать ему ни малейшего сопротивления. |