Книга Вик Разрушитель 7, страница 42 – Валерий Гуминский

— Надо было тебе грамм тридцать коньяка для храбрости, — я накрыл своей рукой прохладные пальцы девушки, подбадривая её.

— Ещё чего! — фыркнула Захарьина. — Я уже не боюсь.

А сама внутренне сжалась, когда Анастасия вошла в палатку и объявила, что номер седьмой готов к полёту. Правильно я побеспокоился заранее сделать заказ. Судя по подъезжающим машинам, воздухоплавание пользуется успехом, очередь большая выстраивается.

Мы направились к зелёно-оранжево-голубому шару, ещё лежащему на земле, но с помощью вентилятора его заполняли воздухом, одновременно нагревая горелкой. В один неуловимый момент обмякшая оболочка вдруг расширилась, стала упругой, и шар взмыл вверх. Корзина тут же перевернулась, стропы натянулись, ветер стал весело в них посвистывать. Двое техников в рабочих комбинезонах споро загрузили в корзину столик и пластиковый короб, в котором, я полагаю, находился наш скромный воздушный банкет.

— Здравствуйте, — к нам шагнул один из тех парней, ранее вышедших из палатки. На нём был двухцветный тёплый комбинезон, на шее висели наушники. Оценив фигурку Нины, он быстро перевёл взгляд на меня. — Я ваш пилот. Зовите просто — Василий. Опыт управления воздушными шарами более трёх лет. За плечами восемьсот полётов.

— Впечатляет, — киваю с уважением. — Нам нужно что-то знать? Правила, техника безопасности?

— Обычные, — улыбается Василий. — За борт не перевешиваться, пилота не отвлекать. Чтобы клиенты не замёрзли, компания предоставляет пледы. Они уже в корзине. И главный вопрос: ваша встреча приватная?

— А в чём смысл? — я не понял вопроса.

Пилот постучал пальцами по наушникам.

— Если вы желаете, чтобы вашу беседу никто не слышал, я их надену.

Правильная мысль. А вдруг я решу барышне признаться в любви, а она застесняется. Какая уж здесь романтика? Поэтому прошу пилота закрыть уши как только поднимемся на высоту.

— Да, ещё один момент, — предупредил он. — Иногда бывает, что шар относит далеко от полигона. Это бывает из-за воздушных потоков, двигающихся разнонаправленно. Поэтому не волнуйтесь. Здесь встроен маячок, по которому нас отыщут, пришлют машину, если сядем в другом месте.

— Вы не используете в полёте магические артефакты? — это было единственное, что меня волновало.

— Никоим образом, — твёрдо заявил Василий.

— Хорошо, тогда полетели.

Техники помогли повизгивающей от страха Нине забраться в корзину, а я залез сам, следом за мной поднялся пилот. Он показал нам на двухточечные ремни безопасности и на верёвки, протянутые по всему периметру.

— При посадке всегда существует вероятность опрокидывания корзины! — повысил голос Василий, выкручивая кран газовой горелки. — Когда будем опускаться, нужно обязательно присесть и держаться за эти верёвки!

Нина ойкнула и сжала мою руку. Трусиха. Я показал знаком, что запомнил наставления и подмигнул девушке.

— Ну что, полетели? — весело крикнул Василий и поддал огонька.

Шар дрогнул, плавно взмыл вверх и почему-то в сторону. Никаких шумов кроме периодического фырканья огня из сопла горелки, никакой вибрации. Словно на колесе обозрения медленно поднимаешься вверх. Высокие борта корзины не давали возможности смотреть вниз, зато по сторонам открывалась неописуемая красота: зелёные ковры лесов, прожилки петляющих среди полей и рощ рек, сверкающий на солнце огромный мегаполис, проплывающие над нами облака.