Книга Вик Разрушитель 7, страница 43 – Валерий Гуминский

— Куда мы летим? — я даже не напрягал голос. Василий ещё не напялил наушники и что-то рассматривал впереди.

— Нас несёт в сторону Сергиева Посада, к Дубне, — пояснил пилот, развернув обычную топографическую карту, которую он достал из-под комбинезона. — Вам не холодно, девушка?

— Нет! — у Нины вдруг пропал страх и она восторженно крутила головой и даже пыталась выглянуть за борт, чтобы с высоты птичьего полёта оценить красоту, расстилающуюся под нами. — Андрей, это так здорово и романтично!

Василий улыбнулся и натянул амбушюры на уши, не дожидаясь моей просьбы. А я разложил столик, вытащил из пластиковой коробки бутылку шампанского (а вы думали, я пошутил?) в пакете с сухим льдом, два бокала, виноград, канапе из разных фруктов на шпажках. Нина, вытаращив глаза, смотрела на моё священнодействиеи пыталась понять, что всё это значит.

Направив горлышко бутылки в сторону, я сорвал золотистую обёртку, раскрутил мягкую оплётку и аккуратно, по миллиметру, с негромким хлопком извлёк пробку. Можно было и выстрелить для пущего эффекта, но лучше не рисковать. Нина захлопала в ладоши и издала восторженный писк. Наполнив бокалы, я подал один девушке.

— Давай за твою победу выпьем! — в очках Захарьиной отражались подсвеченные заходящим солнцем красно-жёлтые облака. — Я так радовалась, как за родного брата!

— Спасибо, — улыбнувшись, я соприкоснулся краем бокала с её бокалом и приложился к прохладному игристому. Хорошо, ветер почти не ощущается, шар беззвучно и неторопливо парит в воздушных потоках. Иногда мы начинаем опускаться вниз, и Василий деловито подкручивает вентиль, и мы снова взмываем вверх. От полигона мы удалились не так далеко, и я подумал, что организаторы хорошо изучили розу ветров, а байки про унёсшиеся в неизвестные дали шары — для особо впечатлительных.

А мы пили шампанское, ели виноград и уничтожали фруктовые канапе, фотографировались на фоне закатного солнца. Нина освоилась и весело смеялась, рассказывая про свой отдых у тётки. Я слушал девушку и размышлял, почему она ничего не говорит о некоем радостном событии в семье, и пришёл к выводу, что оно слишком серьёзно, чтобы поведать о нём при посторонних. И правильно. При желании можно и в наушниках услышать важное. Надеюсь, не собираются выдать замуж Нину за одного героического спасителя.

Через два оплаченных часа мы, наконец, пошли на посадку. Оказывается, специальных площадок на Лосином острове было три: один, центральный полигон, мы уже проскочили, поэтому Василий предупредил, что будем садиться возле озера Торфянка. Туда уже едет машина, чтобы вернуть нас на автостоянку. Пилот стал выпускать воздух из купола при помощи клапана. Через несколько томительных минут корзина соприкоснулась с землёй; шар, ставший похожим на вытянутую разноцветную кишку, устало опал. Я выпрыгнул из корзины и помог Нине спуститься вниз. В какой-то момент она прижалась ко мне, обхватив за шею, и обдала горячим дыханием щеку, а потом последовал лёгкий поцелуй в щеку. Ну, я не против. Уж поцелуй-то заслужил за сегодняшнее романтическое свидание.

Возвращались в город той же дорогой. Я покосился на Нину, усталооткинувшуюся на спинку кресла, и спросил напрямую:

— Ты хотела мне рассказать про что-то важное.

— Да-да! — оживилась девушка. — Представляешь, у нас теперь есть собственный Источник! Когда домой вернулась, даже не поверила про Алтарь!