Книга Вик Разрушитель 6, страница 211 – Валерий Гуминский

Я не маялся похмельем, как мои соседи. Егорка Дубровский, Дима Глинской и еще пара ребят с физико-математического факультета МИУ вяло переговаривались, ожидая, когда нас вытащат из заточения. Мне вполне комфортно было с одной бутылки портера, а напиваться всерьез было очень неосмотрительно, когда за тобой ведут охоту.

По словам парней, консул уже должен быть оповещен, и спасительная кавалерия в виде бравых специалистов дипломатического корпуса с минуты на минуту ожидается у порога полицейского отделения. Но миновала ночь, утренний завтрак в виде большой коробки пиццы и нескольких упаковок с апельсиновым соком, солнце подступало к зениту — а мы оставались на месте. Недовольство уступило место тревоге. Здесь, в Венеции, находится русский цесаревич, уж ему-то доложили о происшествии! Почему никто из представительства не появился? Где адвокат? Вопросов было куда больше, и не на один из них мы не могли придумать внятного ответа.

— Или дело дохлое, или о нас забыли намеренно, — рассудил Дубровский, меланхолично лежа на голом матрасе. В помятой рубашке со следами вчерашнего боя в виде пивных пятен и чьей-то крови он выглядел как молодой задиристый вороненок, которого едва-едва успокоили.

— Но других-то выпустили, — возразил Женька Сахаров, один из студентов-«физиков», выступавший в команде пилотов защитником. Его округлое, чуточку простоватое лицо провинциальногодворянина было кем-то тщательно обработано кулаками. На левой скуле наливается синяк, нижняя губа разбита, и он ее постоянно облизывал языком, чтобы не покрывалась коркой. — Значит, дело не в этом.

— Мамонов, а чего это к тебе упыри штатовские прицепились? — поинтересовался Димка Глинской. — Не к кому-нибудь подошли, а сразу к тебе. С таким видом, будто ты у них что-то украл. О, кстати, я же расслышал, как один хмырь с рожей профессионального бандита внятно сказал «theft»: кража, воровство. Моего утонченного английского хватило понять.

— Они ошиблись, — спокойно ответил я. — Возможно, мое лицо чем-то схоже с тем, кто их и обворовал. Вот и прицепились.

— Ага! — заржал Дубровский. — «Ты кто такой, черт?» Жжешь, Магус, феерично! Не ожидал от тебя такой взвешенной эстетики общения! Ну, так-то ты прав. Какой-то босяк из Америки тычет пальцем в потомственного дворянина и обвиняет его в краже. Я бы сразу спалил гада, глазом не моргнул. А ты молодец, выдержал, только кулаком по морде врезал. Сколько этот бугай летел?

— Метров пять, — подсказал еще один студент из сборной, симпатичный шатен по имени Валентин. — Хороший прямой, прямо классический. Удивительно, как при своем весе ты умудрился свалить этакую машину.

— Ментальный удар, — честно ответил я под смех не поверивших мне товарищей по несчастью.

— Хорош загонять! — Глинской покачал головой. — Скажи, что не хочешь раскрывать секреты своего Дара. Я и сам много чего стараюсь не демонстрировать без надобности.

— Ну, мне же надо было как-то вырваться из лап этого чёрта, — я пожал плечами. — Да и Курцевич помог.

— Я уже думал, шляхта скурвилась, — признался Дубровский.

Не знаю, что в тот момент думал Януш, но он как настоящий дворянин встал и повел за собой свою команду, когда увидел, что смешного становится мало. Если бы не поляки, меня могли и в самом деле выкрасть, пользуясь вспыхнувшей в пабе дракой. Мы были уже на улице, когда Курцевич с каким-то малопонятным боевым кличем налетел на американцев и ударил по ним легким плетением, пытаясь оглушить и раскидать по сторонам. Благодаря моей антимагии похитители всерьез не пострадали, но зато я смог без особой опаски использовать свои навыки ментального боя. Надо сказать, что площадь перед «Сантой Лючией» оказалась пустой, люди разбежались подальшеот безобразия, учиненного студентами, и я с удовольствием использовал прием «открытой ладони», раскидав врагов по сторонам. Но тут из узких уличных проходов стали выскакивать полицейские и наводить порядок. Даже дураку станет понятно, что надо сваливать из этой заварушки, когда в твой загривок вцепились серьезные люди из компании «Мехтроникс».