Книга Вик Разрушитель #2, страница 135 – Валерий Гуминский

— Да ладно, мам, — пробурчал Павел, чувствуя угрозу в голосе цесаревны. — Я же одобряю.

— Одобрение уместно в приватной беседе, а не когда вас ловят на противоречиях, — Алена Николаевна смотрела куда-то поверх головы сына, но неуютно чувствовал себя и я. — Так вы покажете свое истинное отношение к успехам Викентия. Иначе все похоже на завуалированную попытку оскорбления.

Ох, вот это я понимаю! Прилюдно оттаскала за ухо сынка, заступившись за какого-то дворянчика-сироту. Впрочем, я ее понимаю. Она вместе с императрицей Анастасией состоит в Попечительском сиротском Совете и очень активно помогает таким, как я, найти место в жизни. Именно это обстоятельство, по моему мнению, заставило цесаревну указать место своему сыну, а не показательная демонстрация, как нужно относиться к гостю. В ином случае женщина просто промолчала бы.

— А что это мы все кислые? — раздался веселый голос Юрия Ивановича, стремительновошедшего в столовую. — Душенька, ты и за столом пытаешься воспитывать этих охломонов?

Он посмотрел на Павла и сразу все понял. Усмехнулся и прошел на свое место.

— Василий, — кивнул наследник высокому статному дядьке в строгом черном костюме, стоявшему возле буфета, — можете начинать.

Дворецкий тут же подал сигнал горничным в белых аккуратных фартучках, и начался обычный ритуал, к которому я уже относился более-менее спокойно. А сначала меня изрядно напрягало постоянное нахождение за спиной постороннего человека, ожидавшего, пока я подчищу тарелку. Фигурально выражаюсь, конечно. Я не вылизывал блюдо до блеска. Слава богам, у Булгаковых отучился от подобной практики. Было так стыдно, когда я кусочком хлеба промокнул вкуснейший соус и отправив его в рот, заметил, с каким выражением на лице смотрят на меня Ромка и Лена. Артем так вообще скривился от увиденной картины.

— Я не охламон, — открестился Игорек. — Это Пашка языком мелет…

Княжич показал ему кулак, а Лида закатила глаза.

— Дети, фу! — коротко произнесла свою коронную фразу цесаревна, когда пыталась навести порядок за столом или в гостиной. Этакая преднамеренная небрежность и грубоватость, которая мгновенно прекращала все распри.

Цесаревич усмехнулся, взял в руку вилку, разломил котлету на несколько кусочков, тем самым давая сигнал домочадцам для трапезы.

— Приехали Ягеллоны, — нарушил недолгое молчание Мстиславский, утолив голод. — Делегация чуть ли не в сотню человек. Встречали на Брестском вокзале с оркестром. Пришлось оцеплять территорию с помощью гвардии. А кавалькада растянулась на несколько километров. Та еще суета была!

— А где они расположились? — поинтересовалась цесаревна. — В «Национале»?

— Нет, в «Метрополе», — усмехнулся Юрий Иванович. — Все же не монаршие особы, хоть и Великие князья. Понимают, что переигрывать не стоит.

— Скорее, сознательная скромность, — кивнула Алена Николаевна. — Знают, кому обязаны своим положением.

— Княжич Владислав приехал? — живо спросила Лида.

— Приехал, — рассмеялся отец. — Целый багажный вагон отдали под мастерскую и экзоскелеты. Ягеллон серьезно вознамерился утереть нос нашим пилотам. Смотри, на вас огромная ответственность. Не посрами честь Мстиславских!

Шутил, конечно, цесаревич, а сам посверкивал глазами,когда посмотрел на дочку и на меня. Дескать, и ты тоже участвуешь в подобном мероприятии, не забывай. Спрос тоже будет. Ага, отстранят от тренировок! Страх-то какой!