Онлайн книга «Все дороги ведут в…»
|
– В целом, предложение дельное, только у меня с арифметикой в школе туговато было, напомнишь сколько будет один плюс один! – Даа мой император, у тебя не только с арифметикой, у тебя и с памятью туговато, – засмеялась она и легонько постучала указательным пальцем мне по лбу, – ты забыл про мою замечательную тётушку Анну Амалию, ведь аббатисса Кведлинбургского аббатства является княгиней Священной Римской империи и также, как и Великий магистр, имеет голос в курии духовных князей Совета имперских князей, а меня вообще то готовили ей на смену, поэтому я прекрасно знакома с работой рейхстага! – Первый вопрос снимается! – поднял я руки вверх, – А что с местом заседания? Это насколько я знаю точно не Берлин! – Ты прав, рейхстаг заседает в Регенсбурге в Баварии и с 1663 года является постоянным, но постоянно работают только комиссии и комитеты по подготовке законопроектов. Поэтому мы с матушкой будет там появляться не часто, а большую часть времени проводить в Берлине. Ты согласен?! – полувопросительно-полуутвердительно сказала она и сразу добавила, пригрозив пальцем, – И только попробуй мне отказать! Отказывать любимой я и не собирался, а просто поймал её за руку и притянул к себе, вернув от дел государственных к супружеским. *** Сутки, за которые нам пришлось постараться успеть очень многое (побыть с жёнами и детьми, пообедать вместе двумя большими, дружными семьями и решить кучу различных вопросов), пролетели мгновенно и следующим утром император и начальник его службы безопасности в широкополых шляпах и длинных плащах тайком вышли из дворца через черный ход и под прикрытием утреннего туманавернулись на фрегат, неприметно стоявший у самой дальней пристани Стокгольмского порта. Кому расскажешь, не поверят. А лучше всего анекдотичность ситуации выразил Добрый, сплюнув за борт и пробурчав с притворным недовольством – «дожили, пол Европы нагнули, а к законным жёнам в «самоход» приходится ходить («самоволка», самовольная отлучка из расположения воинской части)». Ну ничего, мы люди не гордые, нас такими вещами не испугать. Главное, чтобы дело не пострадало, своё мы после наверстаем, а вот с делом как-раз всё обстояло совсем непросто. С одной стороны, я имел все основания считать, что рабочий план проникновения в город у нас есть и мы уже приступили к его выполнению. Но с другой, финальная глава плана, ввиду нахождения Петербурга в «тумане войны», сейчас пока ограничивалась одной фразой – пришёл, увидел, победил. Поэтому, удачное завершение операции во многом зависело от Шешковского и его людей, которые должны по прибытии обеспечить меня первичной информацией, которая (я надеюсь) и позволит сверстать тот самый, окончательный план. По нашим расчетам Семен Иванович уже должен был к этому времени приступить к работе на месте, а в том, что ему удастся незамеченным проникнуть в столицу я не сомневался ни на йоту. Что-же касается предложений Разумовского, то здесь всё было, наоборот, предельно просто. Игнорировать любую помощь, если таковая появится в реальности, как и полностью полагаться на такого, немного (если мягко выразиться) ненадёжного, человека, было бы с моей стороны одинаковой глупостью. *** Выйдя в море, мы направились на восток, в направлении Финского залива, однако по пути нам предстояла ещё одна, буквально пятиминутная, остановка – в Гельсингфорсе. Там нас поджидала эскадра Седерстрёма со спецназом и ротой финских егерей из полка «Саволакс», на которых возлагалась задача проводников. На рейде финской столицы мы оперативно сменили свой фрегат на двадцати пяти метровую шняву (универсальное транспортно-боевое судно) и диверсионный флот из полутора десятков таких судёнышек, обычных обитателей для этих вод, двинулся под прикрытием знаменитых финских шхер в направлении Выборга. |