Книга Исход, страница 197 – Сергей Харт

— Объедем по кругу, — пояснил он свои действия, — через главные ворота к ним подкатим. Там и проехать легче, и отступить проще.

Возражать я не стал. Он водитель опытный, к местным реалиям привыкший. Пусть делает, как считает нужным.

На следующем перекрестке мы свернули направо, а затем еще раз направо и вскоре перед нами замаячил белый забор строительной площадки.

Мы въехали внутрь через сломанные ворота, остатки которых лежали неподалеку. Ворота выглядели так, будто кто-то с разгона въехал в них на чем-то большом и мощном. На грузовике, или вот таком вот джипе, как наш.

— Что здесь случилось? — спросил я, кивком указывая на ворота.

— «Варановские» к ним наведались, — сказал Василий, осторожно приближаясь к базе Татар, — забрали генератор, откачали все топливо из цистерны, ну и побили кого-то, как же без этого.

— Понятно, почему они на всех так озлобились!

Василий остановился метрах в двадцати от рва опасаясь подъезжать ближе. Двигатель он глушить не стал, готовый в любой момент рвануть назад.

Ну, как говорится, взялся за гуж — не говори, что не дюж! Я все это затеял, мне и флаг в руки.

— Пойду, пожалуй, начну переговоры, — сказал я, открывая дверцу.

— Постой, — остановил меня Паша, он вытащил из-за пазухи свернутую в ком тряпку и протянул мне. — Вот, держи!

Я развернул ее и усмехнулся.

— Белый флаг что ли?

— Ага, — подтвердил мою догадку парень, — он самый.

Да уж, и правда, флаг в руки!

Со стороны лагеря назревало беспокойство. Завидев нас, люди побросали работу и поспешили скрыться за спасительной насыпью. Я вышел из машины, поправил дробовик и направился вперед, держа белую тряпку высоко над головой.

Сзади распахнулись дверцы, это Брюс с Пашей вышли из машины, устрашать. Стоят сейчас, небось, с ружьями наготове и напускают на себя грозный вид. Я мельком обернулся и убедился в своей правоте. Брюс еще ладно, он от природы весьма брутально выглядит, а похмелье только добавило некой мрачности. А вот Паша — это что-то с чем-то! Так скорчитьрожу не каждый клоун сумеет. Уж лучше бы он остался в машине!

— Эй ты! А ну стой! — раздался голос, со стороны лагеря.

Я остановился и еще выше задрал флаг. Говорящего видно не было, но я ничуть не сомневался, что он уже взял меня на мушку.

— Не стреляйте! — крикнул я.

— Ты зачем пришел? — вновь раздался голос. — Что надо?

У говорившего был легкий, почти незаметный акцент.

— Хочу поговорить с Татарином!

— Уходи! Не о чем говорить! Все уже взяли, обо всем поговорили. Уходи, а то застрелю!

Я оглядывал насыпь, пытаясь вычислить стрелка, и вскоре заметил черную копну волос, чуть справа от себя. Повернувшись к нему лицом, я еще раз помахал своим «флагом».

— Ни я, ни мои люди ничего у вас не брали, а поговорить хотим о делах, о торговле! Зови Татарина!

Почему-то я был абсолютно уверен, что мой собеседник Татарином не является. С той стороны послышалась возня и бормотание, а потом, прямо передо мной выросла громадная фигур в синем спортивном костюме.

— Ты хатэл Татарына выдэт? — донесся до меня раскатистый бас. Акцент у него был просто ужасный!

— Я.

— О тарговлэ гаворыт хочэшь?

— Да, мы хотим кое-что у вас купить.

— Ладна, жды!

Фигура исчезла, но вскоре вновь появилась, сопровождаемая еще двумя, один человек нес в руках длинную доску, а второй что-то непонятное, то ли тряпки, то ли палки. Костер они что ли жечь удумали?