Книга Соучастница, страница 61 – Стив Кавана

Переулок был примерно пятнадцати футов в ширину, но не казался таким уж просторным. Железные пожарные лестницы на зданиях по обеим сторонам заметно сужали пространство. Блок посмотрела вверх, на желтовато-серые облака. Металлические пожарные лестницы на верхних этажах казались тонкими чернильными штрихами на фоне бумажного неба. Если не считать трех мусорных контейнеров с рассыпанным вокруг разномастным хламом и картонных коробок, сваленных рядом с ними, переулок был пуст. И хотя он и не был забит мусором, пахло тут как на помойке. Переулок тянулся от улицы футов на пятьдесят, резко загибаясь влево еще на двадцать. Красная кирпичная кладка была грязной и кое-где потрескавшейся, а к стене было даже прилеплено несколько самопальных афиш. Одна из них рекламировала концерт какой-то рок-группы, состоявшийся уже три года назад, а от нескольких других, которые стихия давно сорвала со стен, остались лишь обрывки бумаги, прилипшие к кирпичам. Это было не лучшее место, чтобы встретить смерть.

– Брошь с камеей, принадлежащую Лилиан, так и не нашли, – сообщил Лейк. – И это ее мать, Джоан Паркер, сообщила полиции о пропаже. Эта камея принадлежала матери Джоан, бабушке Лилиан. Семьям остальных жертв вернут драгоценности после суда. Эта брошь много значит для Джоан, но они никак не могут найти ее.

– Я читала ее показания. Дэниел Миллер наверняка до сих пор где-то прячет эту брошь.

Блок, которая захватила из машины свой электронный планшет, теперь включила его и открыла одну из зазипованных папок. Дениз отсканировала все документы по делу Кэрри Миллер и загрузила их в компьютерную систему фирмы. Каждая улика, каждое ходатайство, каждый клочок бумаги были каталогизированы и отражены в отдельном указателе, чтобы к ним можно было получить доступ за считаные секунды. Дважды ткнув пальцем на каталоге под названием «Лилиан Паркер», Блок открыла список всех свидетельских показаний по этому убийству, а также перечень фотографий с места преступления. Лилиан нашли лежащей поверх мусорного контейнера жаркой ночью 3 июня прошлого года. Она была одета в джинсы, сапожки и белую футболку. Песочный человек бросил ее в том же виде, что и всех остальных, – изуродованную, с песком, насыпанным поверх тела и заполнившим пустые глазницы.

Никто ничего не слышал. Ни один из обитателей зданий по обеим сторонам переулка. Хотя некоторые показали, что у них были открыты окна, поскольку было очень жарко, и они жаловались на запах мусора и шум от этих проклятых кошек, но жара была хуже, чем пронзительный визг этих бродячих тварей.

Лейк остановился возле мусорных контейнеров, которые стояли в ряд у стены, как раз перед тем местом, где переулок загибался влево. Оглянулся на тот путь, которым пришел, а затем наклонился и внимательно осмотрел землю. Выпрямившись, опять изучил окружающую обстановку. Внизу в переулок выходили только две двери, по одной на каждое из зданий. Обе были пожарными выходами – снаружи никак не откроешь.

– Сигнализация аварийного выхода в доме Лилиан Паркер была полностью исправна, – сообщил Лейк.

Блок кивнула, затем подняла голову. Нижний конец вертикально укрепленной стремянки, ведущей на первую площадку железной пожарной лестницы, нависал футах в десяти над землей. Чтобы спуститься по стене здания с этажа, на котором жила Лилиан Паркер, пришлось бы в непосредственной близости миновать как минимум двадцать одно окно – их тут было по три на каждом этаже. И некоторые из них в ту ночь были открыты. Блок представлялось маловероятным, что Лилиан или кто-либо другой сумел спуститься по пожарной лестнице незамеченным, независимо от времени суток.