Книга Судный день, страница 122 – Стив Кавана

– Не знаю, насколько это разумно на данный момент… Ты еще не спросила у меня, в чем плохая новость.

Гарри закрыл глаза. Он опередил меня. Кейт опустила голову. Они оба поняли, в чем проблема.

– Фарнсворт не будет свидетельствовать в суде, – озвучила ее Кейт.

– Верно. Он очень напуган. И на то есть веские причины. Адвокат, который инструктировал его, мертв, как и офис-менеджер этого адвоката. Доктор воспринял предупреждение всерьез. Не имеет значения, найдем ли мы настоящего убийцу и подходящее кольцо, – без Фарнсворта нам никак не представить присяжным следы на лбу у жертвы в качестве доказательства. Это будет сочтено чем-то, не имеющим отношения к делу.

– И мы не можем привлечь другого судмедэксперта для дачи показаний в суде, потому что тело Скайлар было кремировано, – добавил Гарри.

– А что, если вызвать Фарнсворта повесткой? – предложила Кейт.

– Такое возможно, но это будет профессиональным самоубийством. Даже если он и откликнется на повестку и явится в суд, то не станет сотрудничать в качестве свидетеля защиты. Нам придется рассматривать своего собственного свидетеля-эксперта как враждебно настроенного, а это рецепт катастрофы в подобном деле, учитывая тяжесть обвинений. На кону жизнь Энди. Мы не можем позволить себе никаких ошибок, – сказал я.

Еда на столе так и оставалась нетронутой. Мы погрузились в молчание. Гарри нарушил его, когда взял вилку и начал есть.

– Когда я был во Вьетнаме, мы ели, когда только выпадала такая возможность. Никогда не знаешь, когда опять получишь что-нибудь горяченькое. Съешьте хоть что-нибудь, вы оба. Мы что-нибудь придумаем, – сказал Гарри.

– Да что тут придумывать? Мы в тупике. У нас нет никакой стратегии. Эдди, нам нужно перенести слушание на месяц-другой. Взять отсрочку и воспользоваться этим временем, чтобы хоть что-то выработать.

– Нет, откладывать рассмотрение дела на месяц или два – это не вариант. Для начала, ты думаешь, что судья Чандлер предоставит нам отсрочку? Черта с два. Хотя не то чтобы в этом был какой-то смысл, поскольку через месяц мы окажемся в точно такой же дерьмовой ситуации. Это дело лучше не станет.

– Все идет к тому, что мы его благополучно провалим, – угрюмо произнесла Кейт.

– Похоже на то, – сказал я. – Все улики указывают на Энди Дюбуа, и присяжные, скорее всего, по-любому не станут нас слушать. У меня и раньше бывали сложные дела, но ничего подобного этому. Корн набрал благосклонных к нему присяжных, распугал наших свидетелей… у него есть криминалистические улики – кровь Энди под ногтями у жертвы, целых два признания, свидетель, который утверждает, будто Энди был последним, кто находился с ней перед ее исчезновением, – короче говоря, способов проиграть эту дело у нас просто масса.

Кейт помотала головой.

– У нас нет какого-то способа выиграть, но я стала адвокатом не для того, чтобы подкупать присяжных, – сказала она.

За пару дней, проведенных на солнце, веснушек у нее на носу и щеках стало еще больше. Пряди волос прилипли к вспотевшему лбу. Под серым костюмом на ней была черная футболка, и пиджак сейчас висел на спинке стула. Жара и работа над делом сказались на ней серьезней, чем я ожидал.

– Послушай, тебе не о чем беспокоиться. Я никогда не попрошу тебя нарушить какие-либо правила или пойти против закона. Мы же партнеры, не забыла?