Книга Пятьдесят на пятьдесят, страница 167 – Стив Кавана

– Мистер Драйер хотел бы вас видеть, – объявил он.

София уверяла, что все с ней в полном порядке, но Гарри явно не хотел оставлять ее без присмотра – хотя в конце концов уступил, и мы оба направились по коридору туда, где на лавке, стоящей у выкрашенной в грязно-желтый цвет стены, нас поджидал Драйер. От трещины в стене отслоилась краска, и одно плечо безупречного костюма Драйера было усыпано желтыми чешуйками, но он этого еще не заметил.

Я сел рядом с ним. Гарри встал напротив нас, скрестив руки на груди.

– Если б вы попросили судью раздеться догола и станцевать с вами посреди зала суда эротический танец, он бы это сделал, – произнес я.

По лицу Драйера расплылась сухая безрадостная улыбка, обнажившая мелкие белые зубы.

– Да, мы с судьей просто отлично ладим. А у меня для вас тут кое-что есть. Вы, наверное, рассердитесь, когда я вам это передам, но даю вам слово профессионала: мне впервые в жизни доводится вручать такое.

По другую сторону от Драйера лежала небольшая стопка страниц. Наверное, не больше сотни. Она лежала на лавке лицевой стороной вниз, чтобы никто из проходящих мимо не смог увидеть название документа.

– Это принес Хэл Коэн. Я увидел это три дня назад. Это ксерокопия. А сверху – отчет Сильвии Саграды, подтверждающий подлинность данного документа. Я собираюсь приобщить его к уликам и вызываю Саграду в качестве свидетеля.

Я взял у него стопку бумаг и, не глядя передав ее Гарри, поинтересовался:

– И долго же вы это придерживали?

– Я увидел этот документ всего три дня назад. И не передавал его вам, пока не убедился, что он подлинный. По крайней мере, по словам мисс Саграды. Не возьмусь этого утверждать, но Хэл Коэн наверняка объяснил бы на суде, как это к нему попало. Однако Хэла Коэна больше нет, так ведь?

– Эдди…

– Обожди секундочку, Гарри, – отозвался я. – Драйер, и вы думаете, что я поверю в эту чушь? Это ловушка. Так на слушании по делу об убийстве не поступают.

– Как будто вы сами не предоставили свой собственный отчет о волосяных волокнах, пока не приступили к встречному допросу свидетеля обвинения, – парировал Драйер.

Он поднялся на ноги.

– Я говорю вам правду. Коэн прислал это в мой офис несколько дней назад. Я должен был убедиться в подлинности этого документа, прежде чем передать его вам. Если б он оказался «уткой», я бы им не воспользовался и мы не вели бы сейчас этот разговор. Будьте готовы. Через десять минут я вызываю на свидетельскую трибуну Сильвию Саграду.

Мы оба стояли лицом друг к другу. Я немного повыше, но Драйер выпрямился, силясь сравняться со мной. Мы встретились взглядами. Он расправил манжеты, выпятил грудь, а уголки его губ скривились в чем-то больше похожем на оскал, чем на улыбку. Если б я не знал его лучше, то мог бы поклясться, что он вот-вот полезет в драку.

Я опустил взгляд ему на ноги. Он даже привстал на цыпочки.

– Если вы хотите меня запугать, то советую прикупить «Хаш Паппиз» на более высоком каблуке, старина.

– Вы мне не нравитесь, мистер Флинн.

– Я тоже от вас не в восторге. Вы намеренно сблизились с судьей-расистом, придерживающимся правых взглядов, – и только лишь для того, чтобы продвинуться по карьерной лестнице и упростить себе работу в суде. Меня от вас тошнит.

Драйер издевательски хохотнул.

– Мне не нужен Стоун, чтобы все вышло по-моему. Строго между нами: я рад, что не использовал те проверки на полиграфе. Результаты вашей клиентки оказались довольно неоднозначными. Полагаю, что сложившаяся прецедентная практика, исключающая привлечение экспертов по детекторам лжи, все-таки в чем-то небезосновательна. А вот свидетельство, которое я только что вам вручил, хоронит вашу клиентку с потрохами. Она убийца. По-моему, ее сестра тоже имеет к этому какое-то отношение. Я думаю, что они обе убили его. Может, я и не смогу этого доказать, но, по крайней мере, сумею отправить вашу клиентку за решетку, где ей самое место.