Книга Архонт северных врат, страница 83 – Макс Гаврилов

Случайные продажи добытых им предметов искусства приносили ему неплохие деньги, но он сильно рисковал. Впрочем, само время благосклонно относилось к рискующим. В начале двухтысячных он начал чувствовать, что на горизонте появляются сложности. Государство, распавшееся на куски десять лет назад, начало собираться, сформировываться в новую, пока еще непонятную, но набирающую силу субстанцию. Операции, еще несколько лет назад до которых никому не было дела, понемногу начали контролироваться, часто у правоохранителей стали возникать вопросы, которые раньше ему никто не задавал. Конечно, он их решал по старинке, иногда делясь пухлыми конвертами с обитателями высоких кабинетов, иногда жертвуя приличные суммы на благотворительные проекты, и, в конце концов, вынужден был стать одним из главных консультантов полиции по вопросам искусства, живописи и антиквариата.

Уже тогда Берестов всерьез подумывал об эмиграции. Нью Йорк был его давней и настоящей любовью, поэтому Роман Сергеевич решил во что бы то ни стало перебраться поближе к Гудзону, Центральному парку и Манхэттену. В этот момент и появился в его жизни Фарук Халид. Они познакомились при продаже Берестовым двух гравюр Берхема, Халид прилетел в Питер, выкупил гравюры и вернулся в Париж, но спустя несколько дней позвонил и попросил о встрече. Она оказалась поистине судьбоносной. Берестов взял на себя обязательства по поиску редких или же утраченных предметов, Халид – по их выкупу для частных коллекций всего мира. Такоевзаимовыгодное сотрудничество продолжалось три года, затем Халид поинтересовался, не желает ли Берестов стать гражданином США и продолжить работу за океаном? По понятным причинам, уехать из Петербурга Берестов не мог, но вполне ясно обозначил, что в будущем с удовольствием бы стал американским подданным. Халид пообещал, что используя связи в Государственном Департаменте, всё устроит. Спустя время, Берестов, к своему удивлению, обнаружил значительную часть проданных Халиду предметов в каталогах Нью Йоркского музея Метрополитен. Очевидно, что без участия самых высокопоставленных лиц, о которых можно было только догадываться, без подделки экспортных лицензий и еще кучи документов, включение всех этих предметов в экспозицию одного из ведущих музеев мира было бы невозможно.

Год назад Халид прислал список артефактов, которые интересовали его в первую очередь. Разумеется, Берестов мог достать их все, но это было слишком опасно, и породило бы ряд очень неудобных вопросов. Роман Сергеевич осторожно пообещал «попробовать». Несколько пунктов из списка он передал Халиду в течение восьми месяцев, и в один из дней получил сообщение, что решение о предоставлении гражданства господам Берестову Роману, Берестову Олегу и Гуровой Мире принято. Халид тогда позвонил ему по видеосвязи и продемонстрировал паспорта. Оставалось получить и передать один лот – «Портрет молодого человека».

Как же не вовремя всё получилось! И глупое задержание Халида во Франции, и этот дурацкий выстрел… Слава Богу, что в конце концов всё обошлось. Берестов достал телефон и набрал номер. Соединение установилось, в трубке прозвучали три гудка и Роман Сергеевич услышал знакомый голос:

– Алло.

– Здравствуй, Халид!

– О, Роман, мой друг! Ты уже здесь?