Онлайн книга «Архонт северных врат»
|
Берестов нахмурился и тяжело вздохнул. – Да, это так. При обыске в квартире моего дилера был изъят компьютер, в котором он хранил данные по своим операциям. Там были все наши с ним сделки. Перед самым вылетом в Москву он сообщил мне об этом, и я вынужденно покинул страну, – Берестов нервно закурил. – И что же теперь? Ты думаешь, тебя не экстрадируют? – Я очень много сделал для главного музея этой страны. И теперь я – гражданин США. Как и ты, нам выдали паспорта, завтра они будут у меня. – Господи, во что ты ввязался? – Мира устало закрыла лицо руками. – Ты совсем запутался, отец… – Так ты не приедешь? – Берестов опустошенно смотрел в экран. – Нет, прости. – Будешь искать этот камень? – А ты бы не стал? – Ты поняла, где начать? – Да. Письмо указывает на статую Моисея в Сан-Пьетро-ин-Винколи. Дата римскими цифрами внизу – двенадцатое ноября тысяча пятьсот сорок пятого. Ты помнишь, кого олицетворяют две статуи на заднем плане? – Лии и Рахиль? – Да. – Не припоминаю, – нахмурился старик. – Они олицетворяют жизнь созерцательную и жизнь деятельную. «Созерцатель» и «Деятель»! – Тысяча пятьсот сорок пятый…, – грустно улыбнулся Берестов. – Тебе будет очень трудно, дочка… Я заварил некудышную кашу. Забыл тебе сказать, дом принадлежит нам в равных долях. Тебе, мне и… Олегу. Документы в моем сейфе, ключ найдешь в подвале, за дверным косяком. Там еще деньги. Они твои. – Ты как будто прощаешься, пап? – Я не знаю, когда мы увидимся, Мирочка, – он устало вздохнул и выпустил в потолок облако сизого дыма. – Прости меня за всё… Я люблю тебя! – Я тоже тебя люблю, пап… Берестов нажал кнопку отбоя и экран погас. Он встал, опустил руку в карман брюк и подошел к окну. Город по-прежнему простирался под ним. Старик вспомнил лицо сына, улыбающегося с фотографии выпускного курса. Вспомнил их последнюю встречу, его фигуру в темно-синих джинсах и белой футболке, родинку на шее, чуть ниже уха. Перед глазами пролетали летние дни на заливе, их поездка в Петергоф на речном трамвае, детское лицо Олега с развевающимися от ветра волосами, торжественная линейка в школе… Вот сыну вручают аттестат… Вот он улетает в Москву и Берестов смотрит на его уходящую на посадку фигуру… Стало тяжело дышать, грудь обхватил невидимый стальнойобруч, и очертания небоскребов поплыли перед глазами. Берестов оперся руками на стекло и медленно сполз на пол, хватая ртом воздух, грудь сдавила нестерпимая боль, старик стал задыхаться. Он судорожно пытался добраться до телефона, сорвал тяжелую штору и упал ничком, лицом вниз. В остановившемся взгляде, обращенном в окно, продолжалась жизнь безразличного города, недокуренная сигара медленно тлела в тяжелой хрустальной пепельнице. ГЛАВА 22. 12 ноября 1545 года. Рим. – Хорошо, Джулио! – Рука старика мягко легла на плечо юноши. – Здесь, – он указал пальцем на изгиб шеи мраморного Фавна, – необходимо добавить легкости. Покажи наброски. – Но…. – юноша взволнованно посмотрел на учителя, – У меня нет набросков, сеньор… На лице старика появилась одобрительная улыбка. – У тебя уверенная рука, мой мальчик! Из тебя выйдет прекрасный мастер, если ты будешь много работать. И делать эскизы, прежде чем портить дорогущий мрамор! – мастер вдруг сверкнул глазами, и Джулио чуть не умер от страха. Он вдруг подумал, что сейчас его попросту выгонят из мастерской, и его мечта, несколько недель назад вдруг ставшая реальностью, вдруг вдребезги разобьётся о тяжелый характер учителя. |