Книга Убийство перед вечерней, страница 98 – Ричард Коулз

– Кажется, я видел убийцу.

– Что?

– Я думаю, что видел убийцу. Разумеется, я не поймал его с поличным. Но я, кажется, видел человека, который это совершил. Только я пока не знаю, кто это.

– В каком смысле ты его «видел»?

– Понимаешь, в убийствах – и в людях, которые на них решаются, – есть что-то особенное, я это чувствую и могу разглядеть. Пока что мои ощущения очень расплывчаты, но я начинаю чувствовать, что за обоими преступлениями стоит определенная личность; только я пока не знаю, кто это. Понимаешь?

– И что ты чувствуешь?

– Я чувствую, что этот человек полон злости. Раньше он сдерживал эту злость, но что-то произошло, и она вырвалась наружу. Возможно, раскрыли какую-то тайну или что-то в этом роде. Мне уже доводилось хоронить жертв убийств, и я не раз смотрел на скамьи и думал, что убийца сидит прямо передо мной.

– Сегодня ты тоже это почувствовал?

– Не знаю. Возможно. Ты пойдешь в главный дом?

– Да, как раз собираюсь. Пойдем пешком?

– Дождь, а мне еще надо забрать маму и брата. Хочешь, я и тебя подброшу?

Одри ждала его на кухне вместе с Тео. Дэниел подумал, что она выглядит неуместно в своем лучшем черном пальто, шляпе и перчатках, в жемчугах и с бриллиантовой брошкой – точь-в-точь знатная вдова, по недоразумению оказавшаяся не по ту, что надо, сторону обитой зеленым сукном двери господских покоев.

– А, здравствуйте, – сказала она. – Вы ведь, кажется, полицейский?

– Детектив-сержант Ванлу, миссис Клемент. Мы с вами беседовали по поводу смерти мистера Боунесса.

– Да, я вас помню. Как любезно с вашей стороны заглянуть к нам. Дэниел, наверное, уже пора ехать, а то Стелла Харпер съест все сэндвичи.

Собаки, как и всегда, самым глупым образом обиделись, когда он ногой преградил им путь и дал понять, что не берет их с собой. Хильда раздраженно гавкнула.

– Наш «лендровер» – машина старинная, детектив-сержант, не уверена, что вам понравится на ней ездить. Тео, освободишь сержанту место?

Тео начал выгребать вещи с заднего сиденья и бросать их в мусорную кучу позади машины: он выкинул полиэтиленовые пакеты, газеты в следах грязных собачьих лап, старые дорожные карты, тросики, прищепки и моток бечевки. Под скрежет передач и всхлипы мотора они кое-как выехали на подъездную дорожку и свернули с нее в парк, после чего покатили к главному дому, распугивая ягнят.

– На больших дорогах он водит не лучше, сержант, – сказала Одри, когда Дэниел перепутал передачу, завозился с рычагом и машина начала вилять. – Надеюсь, что вы не встретите его, когда будете дежурить на дороге.

– Мам, я не думаю, что сержанту приходится дежурить на дорогах.

– Ну и славно, а то не избежать бы ему конфликта лояльностей. Впрочем, как бы ужасно ты ни водил машину, общественной безопасности ты угрожаешь меньше, чем некоторые из этих приезжих, ну, из литературной тусовки. От них так и веет душными закутками пабов. Большие любители выпить.

– Некоторых я даже узнал, мам, – сказал Тео. – Из «Граучо», из «Френча».

– Какого такого френча, милый?

– Из «Френч-хауса», мам. Это паб в Сохо, туда ходит много таких типов из литературной тусовки. И в клуб «Граучо» тоже. Он там рядом, прямо за углом.

– Читал о нем. Этакий притон для знаменитостей, – сказал Нил.

– Ну да, это такой закрытый клуб, где одни известные люди тусуются с другими известными людьми и могут позволить себе то, чего не позволяют на публике.