Книга Гостиница заблудших душ, страница 59 – Юлия Миллер, Лена Обухова

– Ошибки быть не может? – не удержалась Лина. – Могли неправильно записать, не разобравшись?

Ольга Викторовна укоризненно посмотрела на нее.

– Милочка, двадцать лет назад здесь работала женщина старого воспитания. Наталья Владимировна была женщиной дотошной, все скрупулезно записывала. Она на кладбище всю жизнь проработала, еще с советских времен. У нее все строго было, она все выясняла. Смотрите, вот тут в примечаниях даже указано, где нашли тело: на рабочем месте Короткова, в гостинице «Золотой берег». Даже уточнено, что работал он там швейцаром!

– Ничего себе, – выдохнула Карина уважительно. – Таких подробностей мы и не надеялись найти.

– Наталья Владимировна считала, что информации много не бывает, ее бывает только мало. Она сама мне так говорила, когда обучала. Я пришла сюда работать после того,как в девяносто восьмом городской завод окончательно развалился.

Лина почувствовала, как по спине бегут стаи мурашек, и, судя по взгляду Карины, та испытывала примерно то же. Получалось, что гостиницу закрыли после самоубийства швейцара. Но не сразу. Так что либо не это стало причиной закрытия, либо не только это.

– В новых книгах, современных, вы, конечно, ничего этого не нашли бы, – добавила Ольга Викторовна, уже разливая по кружкам кипяток и предлагая девушкам коробку с чайными пакетиками. – Теперь и графы-то такой нет, как причина смерти. Только данные свидетельства указываем да номер участка. Правила еще в девяностых поменялись, после развала Союза. Но мы книгами старыми еще долго пользовались. Они только в две тысячи пятом закончились. Наталья Владимировна тогда много их заказывала в типографии, потому что в девяностые, с разгулом преступности, в год уходило не одна-две, как раньше, а до пяти. Вот и писали по старой привычке абсолютно все. А в двухтысячные люди начали искать родственников и знакомых, вот и не пропадала зря информация. И мы писали, пока было где.

– Как интересно, – отозвалась Лина, пододвигая ближе к Ольге Викторовне тарелку с ароматной выпечкой. – Никогда не задумывалась, что даже работа кладбищ регламентирована законодательством. Мне казалось, что все просто и прозрачно. Человек умер, его похоронили. Что еще нужно?

– Ох, деточка, – как-то тепло, по-матерински отозвалась Ольга Викторовна, уже выбравшая себе булочку с яблоком, – не жила ты в советские времена. А тогда, между прочим, даже в законе было написано, чтобы белогвардейцев и красногвардейцев в разных концах кладбища хоронили. Чтоб, значит, пришедшие помянуть не устраивали драки. Люди ведь такие, всегда найдут, из-за чего сцепиться.

Девушки понимающе кивнули. Они еще посидели с Ольгой Викторовной, радуясь, что ее неприятная коллега, не захотевшая им помочь, ушла домой, едва они вернулись в домик с ее начальницей.

Напоследок Карина сфотографировала на телефон запись о смерти Короткова, и они тепло распрощались с заведующей. Ольга Викторовна уточнила, где именно находится тетя Аша, которая так божественно печет, и девушки с удовольствием подсказали ей адрес.

Домой они ехали молча, думая над тем, что же такого произошло в далеком две тысячи третьем, что толкнуло Короткова Василия Петровича,не старого еще мужчину, на такой отчаянный радикальный шаг.

Адрес местного архива МВД, где могли сохраниться более подробные сведения о расследовании смерти Короткова, Лина отыскала следующим утром. Архив этот находился на территории местного управления внутренних дел. Главной проблемой оказалось то, что время работы архива МВД совпадало с часами работы их организации, а потому было непонятно, как им туда попасть. Шансов отпроситься без веской причины у сотрудницы, которая работала без году неделю, было так же мало, как у той, что две недели провела на больничном.