Книга Гостиница заблудших душ, страница 66 – Юлия Миллер, Лена Обухова

– Согласна, – отозвалась Лина.

Дома Кирилл сразу побежал знакомить нового друга со старыми. Жили Карина с сыном в небольшой, но уютной двухкомнатной квартире, так что в детской вся стена была отведена под своеобразную выставку динозавров. Кирюша пытался затащить к себе Лину, похвастаться сокровищами, но она не изъявила особого желания знакомиться с диаблоцератопсами, ихтиозаврами и другими ти-рексами и сбежала к Карине, которая уже раскладывала по тарелкам что-то непонятное, но умопомрачительно вкусно пахнущее.

Лина принюхалась, чуть ли не облизываясь.

– М-м-м-м… Это что? Научишь?

– Свекровь называет это соусом, но это точно не он.

В домашней одежде, с завязанными в небрежный высокий хвост волосами Карина выглядела моложе и ближе, больше похожей на подругу, а не на коллегу илиприятельницу. Лине очень хотелось ее таковой считать, но в глубине души она пока побаивалась, что торопит события.

– Мясо, картофель, грибы, кабачки, цветная капуста. В общем, все, что есть в холодильнике. Сварила, присолила, добавила приправ и зелени побольше. Получается то ли густой суп, то ли жидкое рагу. Но вроде вкусно.

Лина активно закивала. Ответить словами уже не могла, поскольку только что отправила в рот огромную ложку угощения. На вкус блюдо оказалось даже лучше, чем можно было представить по его запаху. Карина хихикнула, ставя на стол тарелку для сына. Тот прибежал с двумя кетцалькоатлями, которым предстояло стать семьей, быстро опустошил тарелку и унесся обратно в комнату, откуда послышались разные голоса: на экране висящего на стене планшета рисованные динозаврики отправлялись в очередное приключение.

Девушки доели, вымыли посуду и перешли в гостиную, где их дожидались переданные Гошей копии дел, так или иначе связанных с гостиницей «Золотой берег». Судя по их виду, он снимал страницы на телефон, а потом просто распечатал, скрепил скрепками и сложил в большой конверт.

– Семь дел, – подытожила Лина, разбирая бумаги. – Семь смертей. И это за сколько? Чуть меньше чем за полтора года? Да уж, что-то там точно происходило. И происходит до сих пор, если иметь в виду случившееся со мной.

– Семь – это много, – согласилась Карина, перебирая копии. – Начнем с Короткова?

– Давай лучше с первого случая. Так картина получится нагляднее.

– Тогда давай разбираться. Веслова Мария Антоновна, погибла в две тысячи втором, десятого июня. Горничная, пятьдесят один год. Самоубийство путем повешения. Так… Доследственная проверка, протоколы допросов коллег и родственников… А дальше документы датированы февралем две тысячи третьего… То есть это месяцев через восемь после самоубийства. Почему так, интересно?

– Тут та же картина. – Лина показала другую стопку скрепленных между собой документов. – Первое октября две тысячи второго, Муромов Виталий Игнатьевич, сорок пять лет. Рабочий зеленого хозяйства… Стало быть, садовник, проще выражаясь. Тоже протоколы, результаты вскрытия. Отравление ядохимикатами, предназначенными для обработки растений. Смерть, кстати, признали несчастным случаем, а не самоубийством. Тоже сначала активность, а потом тишина на несколько месяцев. Возобновляютсядействия тоже в феврале две тысячи третьего… Значит, это после смерти Кузнецовой! Гоша нашел ее первой по ошибке. Она погибла седьмого февраля, за месяц с небольшим до Короткова. Но она не работала в гостинице, а отдыхала.