Книга Гостиница заблудших душ, страница 90 – Юлия Миллер, Лена Обухова

– Поехали, – вздохнула Лина, поднимаясь с пола и отряхиваясь.

Карина принялась задувать свечи, а как только последняя погасла, что-то случилось. По номеру словно прокатилась какая-то волна. Незримая, беззвучная, но ощутимая. Больше всего это походило на вибрации или финальный отголосок ударной волны.

Громко хлопнула дверь номера, но петли не скрипнули, пол задрожал, стены затряслись. Реальность словно подернулась дымкой, а потом принялась стремительно меняться. В глазах зарябило, и девушки, шагнув друг к другу и испуганно обнявшись, невольно закрыли их. У Лины промелькнула мысль, что, если это землетрясение, то им надо скорее бежать к выходу, пока их тут не завалило, но ноги ее словно приросли к ходящему ходуном полу.

А потом внезапно все прекратилось. Прежде всего исчезли вибрации и ощущение того, что мир вот-вот рухнет. А когда они открыли глаза, оказалось, что дымка тоже развеялась, а реальность почти пришла в норму.

Почти – потому что она снова была устойчивой, но теперь – совсем другой. Исчезла комната заброшенной гостиницы, но и шикарным номером люкс она снова не стала. Пространство стало меньше, потому что осталась только гостиная с единственным окном, между ней и спальней выросла стена. Стена, окрашенная в весьма унылый цвет. Такой обычно называют больничным.

Обстановка комнаты тоже изменилась. По обе стороны от окна стояли две кроватис металлическими сетками, железными изголовьями и изножьями, на них лежали толстые матрасы, накрытые красными стегаными одеялами. Рядом с каждой кроватью появилось по тумбочке с маленькой настольной лампой, в углу – шкаф, а напротив него – небольшой квадратный стол и два стула.

– Что случилось? Где мы? – едва слышно шепнула Карина.

– Хотела бы я знать… Это похоже на…

– Больничную палату, – закончила за нее Карина.

– Мы что… – Лина с трудом сглотнула. – Это психушка?

Карина нахмурилась и решительно направилась к двери, нажала на ручку – дверь послушно распахнулась.

– Если это и психушка, то режим здесь не очень строгий. Идем, посмотрим, что там дальше…

Они вышли в коридор. Тот выглядел одновременно знакомо и непривычно. На их двери, выкрашенной в белый цвет, красовались две цифры: 1 и 3. Другие двери были такими же белыми. На стене все того же унылого цвета висело несколько картин и что-то еще, что они не смогли разглядеть, пока не подошли ближе.

Стенгазета. Название «Листок здоровья» было выведено красиво, но ниже к большому листу ватмана были приклеены обычные тетрадные страницы в клеточку с написанными от руки текстами. Каждый такой листочек очерчивала яркая рамка.

Но не это привлекло внимание подруг, а надпись в углу стенгазеты: «Июнь 1972 года».

– Какого года? – севшим голосом уточнила Карина.

– Семьдесят второго, – отозвалась Лина, удивленно разглядывая объявление. В голове не укладывалось, как они могли вдруг оказаться в прошлом. – Это больше пятидесяти лет назад… Как такое возможно?

– Тебя удивляет только это? – немного нервно уточнила Карина. – Что мы каким-то образом переместились на пятьдесят с лишним лет? По мне, что пять, что пятьдесят – разницы никакой.

– Да я не в этом смысле! Просто получается, что сейчас семьдесят второй год и это, – она развела руками, – тот самый туберкулезный санаторий. А в прошлый раз я была в гостинице, а значит – в начале нулевых? Это что-то вроде временного провала, что ли? Интересно, почему в этот раз мы переместились дальше во времени? Потому что нас двое? А если бы нас было трое, мы бы в девятнадцатый век улетели? Или как?