Книга Воспоминания убийцы, страница 138 – Юн Ина

Инук, с озадаченным выражением слушавший Сучжин, слегка покачал головой.

* * *

Во внутреннем кармане куртки Инука лежал ордер на обыск с конфискацией. Часть полицейских направилась к квартире Со Тувона, а часть, включая его самого, направилась к дому Хван Миён.

Мех сдал Со Тувона, назвав его настоящим преступником, да и сам Со Тувон признал все предъявленные ему обвинения, так что ордер им выдали без лишних вопросов. «На этот раз, кажется, это действительно конец».

Инук, сам того не заметив, с такой силой стиснул зубы, что его челюсти заныли. В глубине души не давала покоя мысль о том, что хотя Со Тувон и признал факт совершения большей части преступлений, но никак не ответил на вопрос о том, закапывал ли он тело в палисаднике тещи.

Перед глазами стояло его недоуменное выражение лица, на котором светился вопрос: «А там есть тело?» Внутри билось тревожное чувство, что труп за это время могли перепрятать или вовсе уничтожить.

Как только они подъехали к дому Хван Миён, Инук сразу же указал на дерево инжира, растущее на клумбе, и дал распоряжение Чхоро:

– Начинай здесь. Здесь копай в первую очередь!

– Здесь действительно зарыт труп?

– Хватит болтать, копай.

Чхоро, стоя уже по пояс в земле, был на грани обморока:

– Мне следовало догадаться еще тогда, когда вы мне предложили отправиться на дело вместе. Вы ведь взяли меня сюда, чтобы было кому махать лопатой?

– А ну аккуратнее копай. Труп вроде выходит наружу.

– Ай! Сумасшедший ублюдок. Зачем закапывать труп на клумбе собственного дома? – зачерпывая очередной комок земли, ругался на чем свет стоит насквозь мокрый от пота Чхоро. Инук пропускал мимо ушей все его возгласы и продолжал словно машина копать.

– А здесь точно есть труп? – начал уже брюзжать Чхоро с сомнением, написанным на лице, когда в земле показалась кость около тридцати сантиметров в длину. – Есть! Человеческая кость!

– Замри! – крикнул ему Инук, чтобы тот ничего не тронул ненароком.

Он немедленно запросил помощь, дабы предотвратить повреждение улик. Прибывшая на место со специальным оборудованием полевая команда криминалистов из полицейского управления Сеула провела осмотр. После этого скелет и подгнившие, вероятно от долгого нахождения в земле, рабочие перчатки были перенаправлены в Национальную службу судебно-медицинской экспертизы для более тщательного изучения, а также для идентификации личности.

Лишь тогда ноги Инука подкосились, и он осел на землю. Некоторое время он сидел в оцепенении, сгорбив свои крепкие, как скала, плечи. Чхоро молча подал ему бутылку воды. Инук открутил крышку и вылил ее на себя. Грязь, стекая по лицу, капала с подбородка.

* * *

Несколько дней спустя Инуку поступил звонок от охраны жилого комплекса, в котором у Со Тувона была квартира:

– Господин полицейский! Машина с красной игрушкой. Она сейчас на парковке жилого комплекса! Приезжайте скорее!

Инук, по случайности бывший в том же районе, немедленно повернул к комплексу. Приехав на место, он позвонил по номеру, указанному на машине с красной гусеницей.

На вид выбежавший после звонка парень напоминал человека, который только-только вступил во взрослую жизнь, поэтому еще не успел изжить свои студенческие привычки. Он поведал, что живет и работает в провинции, раз в один-два месяца приезжает навестить сюда родителей. Парень прилетел весь взмыленный – должно быть, перепугался, когда собеседник на том конце трубки представился полицейским.