Книга Воспоминания убийцы, страница 187 – Юн Ина

Как только Чону покинул кухню, как ему и велела Чинсук, та без колебаний перерезала старушке горло.

– Нет!

Кровь пожилой женшины, словно краска, забрызгала красным низкий кухонный потолок и стены. Когда Чону вернулся на крик девочки, старушка уже валялась на полу, а кончик ножа был нацелен на шею Есоль.

– Видел? Я убиваю мгновенно. Если ты не будешь слушаться, эта девочка тоже умрет прямо сейчас.

Есоль вопила, хотя лезвие грозилось воткнуться ей в шею:

– Бабушка!!!

И в этот момент внутрь ворвался вооруженный Инук, который ринулся на помощь, едва получив звонок от Чону:

– Ли Чинсук, опусти нож.

– Мое имя Ким Ёнхи, Ким Ёнхи!

– Положи нож, говорю!

– Нет, это тебе следует опустить пистолет. Разве не видишь? Или мне посильнее надавить на ее шейку?

Кровь старушки еще капала с лезвия.

– А не забрать ли мне еще и пистолет? – приподняв уголки рта, подло усмехнулась Чинсук. Мысль об убийстве всех, кто виноват в том, что все так получилось, отчетливо отобразилась на ее лице.

– Что ж. Если желаешь, я тебе его отдам. – Инук положил пистолет на пол и подтолкнул его ногой в сторону Ли Чинсук.

В тот момент, когда ее рука потянулась за лежавшим на полу пистолетом, Инук выхватил из внутреннего кармана еще один.

– Бах-бах!

Две пули вошли в левое плечо и живот по-прежнему сжимавшей нож Ли Чинсук.

Нож беспомощно выскользнул на пол. Инук с Чхоро подлетели к свалившейся от огнестрельных ранений Чинсук, чтобы скрутить ее. Инук уже собирался надавить на плечо женщины, чтобы нацепить на нее наручники, когда лезвие глубоко вошло ему в бок. В какой-то момент Чинсук успела схватить нож, отлетевший на пол, и выжидала до последнего, чтобы вонзить его в мужчину.

– Инук! – Удар пришелся ровно в то же место, куда в прошлом его ранил уголовник.

Чхоро пнул Чинсук ногой по руке, повалил ее лицом вниз и защелкнул наручники на запястьях:

– Вы там в порядке?

Инук зажимал рукой рану на боку, кровь из которой вытекала толчками, в ритме сердцебиения.

После Ли Чинсук отвезли в полицейский участок, а единственная выжившая, Есоль, показала полиции ее королевство.

Когда морозильная камера вышла из строя, все тела оттаяли и начали разлагаться. Даже прибывшие на место полицейские и судмедэксперты не решались войти внутрь. В трезвом уме было трудно смотреть на столь мерзкое зрелище.

Всего там хранились останки трех человек, в том числе двух пропавших без вести пожилых людей и ученика средней школы.

Ли Чинсук поймали, но Инук с Чону чувствовали себя паршивее некуда.

– Теперь и правда все кончено, – сказал Инук в машине скорой помощи, которая везла его в реанимацию.

– Да, все кончено.

– Мы увидели финал слишком поздно. Так много… погибших. – Сознание Инука уплывало, он потерял очень много крови. Мужчина медленно моргнул и тотчас отключился.

Комната для встреч с адвокатом, исправительное учреждение на юге Сеула.

Адвокат Чо, в спешке прилетевший на встречу с Со Тувоном, нервно потряхивал ногой.

Чо Минчжэ практически никогда не делал того, что могло бы хоть как-то уронить его лицо, однако сейчас ему было совершенно не до этого. Сейчас ситуация накалилась до предела, и если умело воспользоваться предоставившимся шансом, то получится даже гладко завершить их дело.

Бессильно волоча ноги, с поникшими плечами вошел Со Тувон. Он выглядел отощавшим. Судя по не особо мрачному лицу, до него еще не успели дойти никакие новости.