Онлайн книга «След у черной воды»
|
Жаль вот, чужих паромщик никого не видал… — А вы что, товарищ участковый, чужаками интересуетесь? — Девчонку мелкую в омут бросили, — честно поведал Дорожкин. А чего таить-то, всё равно все всё узнают: деревня! — Едва не утопла. С недобрым прищуром паромщик выплюнул недокуренную папиросу: — Нашу, что ль? — Бабы Дуни Барановой внучку! — Хэх! Вот ведь гад! — Видно было, что Карташов озлобился искренне. — Игорь! Как на духу — узнаю кто, лично ноги повыдергиваю! Уж не серчай! Девчонка-то его узнает? — Да в том-то и дело, что нет! Говорит — сзади подбежал и столкнул. Махнув рукой, участковый запустил двигатель. — Слышь, Игорь Яковлевич! — вдруг закричал паромщик. — Ты насчет чужих-то лучше бы в клубе поспрошал. — Так открыт клуб-то? Не рано ли? — Не рано. Сегодня суббота же. Клуб располагался на пологом холме, в одном здании с сельсоветом — вытянутом одноэтажном, с пристроенной кинобудкой и широким крыльцом в виде классического портика с деревянным колонами и треугольной крышей. В правом крыле размещался сельский совет, в левом — собственно клуб: кинозал и библиотека. По выходным в кинозале сдвигали кресла — получалась танцевальная площадка. Заведовала клубом Анна Ивановна Дюкина (в девичестве Шмакина), не так давно вышедшая на работу после рождения дочки. Когда Дорожкин подъехал к клубу, Дюкина как раз прикнопливала к стойке рукописную афишу: «ВИА “Синие цветы”. ТАНЦЫ» — Здравствуй, Аня! — А, участковый… Если насчет той драки, то мы… Большегрудая, плотненькая, Дюкина вполне осознавала всю свою красоту и власть над мужчинами. — Да не про драку я… Сквозь распахнутое настежь окно вдруг послышались раскаты ударных и перебор электрогитары. Был один парень, и он, как я, Любил и «Beatles», и «Rolling Stones». Бродя с гитарой, пел песни их… — запел кто-то вполне приятным, с хрипотцой, баритоном. — Отойдем… Встав, Анна деловито направилась в сторону братской могилы и, не доходя до нее, уселась на лавочку под цветущей сиренью. — Ну? — Поправив прическу, Анна требовательно посмотрела на милиционера. — Ищешь того, кто Лерку в омут толкнул? — Оп-па! — всплеснул руками Дорожкин. Не то чтоб сильно удивился, но все-таки… Так быстро не ждал. — А-а, так у вас же фельдшер — барабанщиком! — Не он первый сказал да-ак! — хмыкнула Аня. — Думаешь, кто афишу рисовал? Девчонки. И Лерка с ними. Да ты, Игорь Яковлевич, не переживай! Коли мы этого гада сыщем — мало не покажется. — Вот этого-то я и боюсь… Значит, не было чужих? — Да кто ж его знает? — Красавица повела плечом. — На танцах все наши были. Ну, и кто из города, так все одно, наши — к родичам. А вот в пятницу в сельпо вино дешевое продавали! Тут могли и с делянок привалить, затариться. А там, знаешь, всякого народу полно. Я сама двоих у магазина видела! С делянок… Поди их проверь. Неделя, не меньше. Да и потерпевшая ничего не видела… — Ты, Аня, все ж предупреди на танцах. Чтоб поодиночкев глухих местах не шатались. Раз-два… Раз-два… раз! Та-та-та-та-та, та-та-та-та-та… Был один парень, и он, как я, Любил и «Beatles», и «Rolling Stones». Об этих песнях только мечтал, Когда Вьетнам в огне пылал… — репетировали невидимые глазу музыканты. Самодеятельный вокально-инструментальный ансамбль — ВИА. — Сергей, здравствуй. — Первого своего подопечного Дорожкин засек недалеко от клуба — тот возился с прислоненным к забору «Минском». Мотоцикл был еще старой модели, черный, с треугольным седлом. |