Онлайн книга «След у черной воды»
|
— Нет, не насчет похода… — Колесникова сразу перешла к делу. — Аркадий Ильич, вы не знаете, из наших пионеров кто-то в «Артек» в прошлом году ездил? Ну или весной… — В «Арте-эк»? — припоминая, задумался директор… «…В преддверии дружеского визита Гамаля Абделя Насера в СССР… — бубнило радио. — … К этому визиту члены Политбюро ЦК КПСС… колхозники и труженики совхозов… ударным трудом…» — Ну конечно ездил! — Аркадий Ильич хлопнул в ладоши. На вытянутом, несколько мосластом лице его заиграла улыбка. — Как раз в прошлом году, в сентябре. Рябинин Сережа! Он у нас в фотокружке занимался… Да-да! Мы возродили фотокружок! Я сам взял группу! Раз уж есть спрос. Тем более в райкоме комсомолапросили… сам товарищ Коськов. В общем, конкурс Сергей выиграл, общесоюзный, представляешь? На тему «Страницы великой жизни в фотографиях». Целую подборку сделал о ленинских уголках нашего города. И вот, пригласили в «Артек». — Здо́рово! — покивала Женечка. — А где бы этого мальчишку найти? — Так он придет скоро! Мы вчера спортивные соревнования снимали. Так надо пленку проявить — вот и придет! С минуты на минуту явится. — Говоров посмотрел в окно и улыбнулся. — Да вот он уже! Я ж говорю: явится. Сергей оказался именно таким, как и описывала Раиса. Белая футболка, серо-голубые пионерские шорты. Серые глаза, золотистый загар, выгоревшая на солнце челка. — «Артек»? Да, очень понравилось. Знаете, какие там ребята? А вожатые какие? Что… песни? Да, песни учили. Каждый вечер, у костра. Наш вожатый, Костя, так на гитаре играл!.. На Большом озере? У базы? Был, да… Природу фотографировал… Кого-кого позвал? — А, да, да, — парнишка все же вспомнил! — Там мужик один рыбачил, в камышах, неподалеку от пирса. Он и попросил. Беги говорит, не в службу, а в дружбу — там девушка ждет. Ну, парня своего… Он в бане, кажется. Скажи буфетчику или кто там есть… Ну, я в баню не стал заходить — сказал парням у лодок. И буфетчик там тоже был. Такой в белой рубашке с бабочкой. — А как девушку звали, ту, которая ждала? — Юля или Эля… кажется… Точно не помню уже. Только сам я ее не видел — мне дяденька сказал. Рыбак. — А что за дяденька-то? Местный? — Да не знаю. — Парнишка повел плечом. — У него воротник поднят был… и панамка на самые глаза надвинута. От комаров, наверное… — То есть лица ты не видел? — Нет. — А фигура? Высокий, низкий? — не отставала Колесникова. — Да средний такой… — Молодой? — Да нет, старый. Лет, наверное, пятьдесят… Одет? Как все рыбаки. Сапоги, плащ брезентовый длинный… Я еще подумал: не жарко в плаще-то? Женя покусала губу: — А с чего ты взял, что это рыбак? Он с удочкой был? — Спиннинг! — заулыбался Сережа. — Знаете, здоровский такой спиннинг! И блесна… синяя такая, блестящая — на щуку. * * * Еще не раз, Еще не два Встречаться будем Ты и я! «Шизгару» они пока неумели. Зато «Еще не раз» из репертуара «Поющих» выходила, как надо! Народ отплясывал лихо, подпевал, хлопал в ладоши… Еще не раз, Еще не два! Ах, как леспромхозовские трактористы братья Дюкины терзали гитары! Ритм — она же и соло, и бас марки «Урал–2». Таким басом гвозди забивать можно! Ударник — фельдшер Алексей — тоже был хорош, барабанил от души, едва стекла в окнах не вылетали! Супруга солиста Аннушка — она же завклубом — зажимала уши руками, но все же была рада! Еще бы: настоящий ВИА в клубе! Вокально-инструментальный ансамбль. Это вам не какая-нибудь радиола или вечно пьяный гармонист дядя Ваня Светликов. |