Онлайн книга «Загадка двух жертв»
|
Глянув на висевшие на стене часы, Юра залпом выпил компот и откланялся. – Ну? – С аппетитом доев борщ, Владимир Андреевич строго посмотрел на коллегу. – Надумал взять редакцию приступом? Лихим кавалерийским набегом? Впереди – командир на белом коне… – Так журналист же… – Вот то-то и оно, что журналист, а не штукатур! – понизив голос, наставительно произнес Алтуфьев. – Жур-на-лист! Я даже представить боюсь, что на это наш новый шеф скажет! Ты, Сергей Петрович, забыл, кажется, что мы не на какой-нибудь там оклахомщине или в Париже… Частных газет у нас нет, все партийные! Вот и «Серп и молот» – орган районного комитета партии и исполкома… Догадываешься, куда главный редактор позвонит сразу же после твоего визита? А ведь он обязательно позвонит, не думай! Сергей растерянно заморгал: – Но как же тогда… – Осторожно! И хитро. Милицию привлекать тоже не будем – напомнить, откуда шеф? Журналист партийной печати – убийца девушек! Представляешь, какой скандал? Пойми – доказательства должны быть убойными! – Так что, теперь… – Я же сказал – работать! Только в этом деле нам пока что редактор не помощник, а скорее помеха. Осторожней надо – в обход. И в редакцию – ни ногой… Слышал, что этот Юра сказал? Журналисты сюда заходят! Может, и сейчас придут… По времени – как раз вроде бы… Так! Быстренько бери компот и дуй во-он за тот столик! Как дам знак – обратно придешь. – Но… – Делай, что сказано! Живо! Пожав плечами, Пенкин пересел за дальний столик, хотя кроме него имелся и еще один свободный – как раз рядом с Алтуфьевым. Распахнулась дверь… – Хорошо Кольке – завтра в деревню! Загорай да пивко пей себе. – Скорей молочко. Знаешь, какое молочко в деревнях? Ложкой есть можно! Вошедшие – двое мужчин: усатый, прихрамывающий на левую ногу брюнет и тощий лохматый дылда под два метра ростом, – громко переговариваясь, подошли к стойке, быстро заполнив подносы… Осмотрелись и уселись… Да-да, за столик рядом с Алтуфьевым, невозмутимо поедающим котлету с макаронами. Вообще-то Владимир Андреевич лучше бы взял пюре, но оно шло с минтаем, а котлеты – с макаронами. И менять было нельзя – в меню обсчитывалась стоимость уже готового блюда с гарниром. Улучив момент, Владимир Андреевич махнул коллеге и, когда тот подошел, тут же начал громкий разговор: – А я Николаю и говорю: таких камер у нас в Союзе не выпускают! Чтобы на обычную пленку да еще семьдесят два кадра! Нет таких… Приятного аппетита! Ребята, вы не из газеты, часом? – резко обернувшись, так же громко поинтересовался Алтуфьев. И тут же спросил еще: – А что, Николай-то обедать не ходит? – В командировку собрался. Завтра выезжает уже, – доброжелательно отозвался брюнет. – Соль не передадите? – Пожалуйста! – Вот спасибо. – Не за что. Коля нам про чудной фотоаппарат рассказывал. Вот мы и думаем, врет – не врет? – Не, не врет, – прожевав, лохматый охотно вступил в беседу. – Есть у него такой – он как-то и нам хвастал, показывал. Семьдесят два кадра на обычную пленку, на тридцать пять миллиметров. Наш! «ФЭД-Микрон» называется… – Приступив ко второму блюду, лохматый продолжил разговор: – Недавно выпустили… Но я бы такой не взял! Фотки тринадцать на восемнадцать максимум. – Я бы тоже, – поддержал приятеля усатый. – Зернистость высокая, большие фотографии не сделаешь. Так, игрушка! Но занятная, да… |