Онлайн книга «Тайна старой усадьбы»
|
– Это хорошо! Потерев руки, Ревякин подозвал одного из сержантов: – Иван! Дождетесь охотника – пойдете по гати. А я быстрее вас доберусь! Гляну, что там да как… Поудобнее усевшись в седло, Игнат завел мотоцикл и, подняв тучи пыли, погнал на лесную дорогу. – Не заблудитесь, товарищ капитан! – крикнул ему вслед сержант. Как ни странно, Игнат окрик услышал. Услышал и усмехнулся: ну да, как же, заблудится он! Что он, тут на рыбалке, что ли, не был? На озере-то у Пильтена щук – море! А в ручье – форелька, налим, хариус… Болота Ревякин вовсе не боялся. Что хорошо в легких мотоциклах – везде проедут, везде пройдут! Не мытьем, так катаньем – тихой сапой! И по лесной тропе (плохо только – ветки в глаза), и по болотной гати. Где на первой, а где пришлось и слезть, покатить, пойти рядом… И все равно быстро! Правы люди: лучше плохо ехать, чем хорошо идти. Пропустив промчавшийся мимо «Ковровец», из лесной чащи вышли на заросший лютиками луг двое парней. Один – длинный, нескладный, с вытянутым лошадиным лицом и узкими злыми губами – Митька Евсюков, Дылда. Второй – в брезентовом плаще с поднятым капюшоном. – Ишь разъездились… – Евсюков прищурился и подозрительно посмотрел на луг и дальше – на деревню. Всмотрелся и выругался: – А у остановки-то – «козел» ментовской! Не тех ли баб ищут? – А с чего бы их искать? – Тот, что в плаще, резко обернулся и нервно повысил голос: – Надеюсь, ты их не… – …Да была нужда. Пальцем не тронул! – Ну, хоть с этим здрасте-пожалста! Ладно, Митяй. Поспешим… Не нравится мне что-то все это. * * * – Тамара Марусевич? – негромко переспросил следователь. – Ну, и в чем ты виноват? Признание хочешь сделать? Потапов сглотнул слюну: – Так это… да. Давно хотел уже, как узнал только, да все некогда было. То одно, то другое, то командировка вот… Беременная она от меня… была! – Беременная… ага… поня-атно… – Понимаете, мы как-то в мае еще с ней… так, ночевали в одной компании, вино пили… вот и… как-то само собой вышло, Тамарка довольная осталась. Только потом в июне сказала обо всем. Сказала, аборт хочет сделать. – Вздохнув, Юрий развел руками. – Я не отговаривал – договорился с одним врачом в Ленинграде, через армейского дружка… Деньги приготовил… Вот в конце июня должны были ехать. А она… а ее… Эх-х… – Да-а, нехорошо… – протянул следователь. – Да чего уж хорошего! – Юрий развел руками. – Понимаете, я ведь не насильник какой… – А билеты заранее покупали? – Ну да, на автостанции, в кассе у нас. Они дома у меня, я принесу, если надо. – Надо, Юрий, надо. Теперь мы будем вас проверять. – Так проверяйте, конечно… Я в тот день как раз на танцы заезжал, на мотоцикле. С Тамаркой не говорил – рукой махнул только. Она кивнула – про аборт не забыла. А потом меня Толик Резников попросил довезти его соседа домой – Митьку Евсюкова – Дылду. – Так-так… Куришь? – Алтуфьев как-то незаметно для себя перешел на «ты». Потапов поднял глаза: – Ну… если можно. – Закуривай. Только у меня «Памир». – Я лучше свои, «Беломор»… Спасибо. Оба выпустили дым. – Я, когда узнал, что Тамарку… ну, в общем, когда узнал, места себе не находил… Хотя мы с ней, с Тамаркой-то, и не дружили особо… Просто тогда, в мае, ну, вышло так… А потом и не продолжилось – у меня невеста есть, у Тамарки – жених, Котька Хренков… До сих пор ему в глаза смотреть стыдно. |