Книга Тайна синих озер, страница 103 – Андрей Посняков

— Прямо так и сказал: ступайте? — наливая водку, удивился Ревякин. — Как какой-нибудь этот… феодал?

— Прямо так и сказал, — Владимир Андреевич грустно подцепил килечку. — Парткомом грозился…

— Вот гад! Прямо-таки ирод. Ну… чтобы все!

Приятели чокнулись и быстро, единым духом, выпили. Это уже был третий стакан, вернее — полстакана, наливали-то аккуратно. Так и сидели в общественном месте, в рюмочной напротив автовокзала. Кроме водки и коньяка там еще имелась закуска — бутербродики с засохшим пластмассовым сыром и пирожки. Ах, какие тут были пирожки! С фаршем, с рыбой, с картошкой, с рисом и яйцом… Такие вкусные, пожалуй, бывают только в рюмочных — прямо таяли во рту!

Единственное, слишком уж людно было, да и пить приходилось стоя — сидячие места в рюмочной отсутствовали как класс.

— Вкусные у них тут пироги, — Ревякин втянул носом воздух. — Всегда такие были.

— Ну да, ты же местный…

— Родился тут. А ты, Володь, что, прямо из Нарвы?

— Из Ярославля я, детдомовский… После учебы сначала в Кингисепп распределили, а потом уже в Нарву перевели. В Кингисеппе должности младшего советника не было.

Опер покачал головой:

— Младший советник… Так ты уже и майора получил?

— Да. Потом сняли. Ну, после того случая… рассказывал уже…

— А у тебя с той… женщиной серьезно все было?

— Спрашиваешь! Только вот она теперь со мной и знаться не хочет, — криво улыбнувшись, Алтуфьев дунул в пустой стакан. — Однако наливай…

— Ага… Еще одну взять надо.

— Тогда — ко мне. А то сидим тут, как в аквариуме.

Следователь посмотрел в окно, вернее сказать, в панорамную витрину, выходившую прямо на автовокзал. Туда-сюда озабоченно сновали пассажиры с поклажей, приезжали-отъезжали «Победы» и «Волги» — такси, неторопливо выруливали автобусы — ЗИЛы и старые ЗИСы… Вот даже показался «Икарус» с выпяченным позади двигателем.

— В Ригу такие ходят. Понимаешь? Запрос в архив поступил, а они не говорят так просто! Завтра с запросом пойду.

— Форму еще надень, — подумав, посоветовал Ревякин. — Женщины любят, когда в форме.

— Какие еще женщины?

— Ну, архивные. Там же, в архивах, бабы одни.

В последнее время Максим Мезенцев как-то совсем позабыл про младшенькую свою напарницу. Последний экзамен, подготовка к выпускному балу, к дальнейшей своей — уже взрослой — жизни. Все это отвлекало… да и вообще, что их связывало-то? Только преступления, смешные самодеятельные расследования, о которых молодой человек уже рассказал следователю. Теперь бы еще с учета сняли… Снимут — сам участковый младший лейтенант Дорожкин в этом Максима лично заверил не далее как вчера! Только попросил подождать до конца квартала — чтобы «не портить отчетность». Что ж, конец квартала скоро уже, можно и подождать.

Женька же грустила. Просматривая иногда тетрадку, вспоминала, как они с Максом… в лодке на Маленьком озере, как он защитил ее от хулиганов… Здорово было, когда вместе. А сейчас… бывшие напарники почти не виделись, хотя Женька частенько забегала к Мезенцевым домой, к подружке своей Катерине.

Максим все время был занят: то готовился к экзаменам, то — теперь вот — к балу. Частенько его и дома-то не было — пропадал в школе. Хорошо хоть никуда уезжать не собирался — нужно матери с сестрой помогать. Поэтому и учиться, как рассказала Катя, братец ее собрался здесь, в Озерске, в училище. На шофера. А ведь хотел на радиомастера, была у него такая мечта. Однако увы… Хорошо хоть здесь еще год почти будет. А потом — в армию. На три года! Это же целая жизнь.