Онлайн книга «Кровь служанки»
|
– Просто держи эту клавишу нажатой пока я не скажу “стоп”, а я буду искать трубу, которая дает такое гудение. – Среди шести тысяч? Это же можно до утра искать! – Я знаю в каком она регистре. Давно хотел заняться, но раньше у меня не было такой помощницы. Он открыл небольшую дверь в корпусе органа и, улыбнувшись Эве одними кончиками губ, скрылся внутри старинного органа. Она осталась одна перед величественным инструментом и почувствовала себя снова совсем маленькой. Как он управляется сразу с тремя верхними клавиатурами, со всеми этими регистрами, с ножной клавиатурой? Как он может управлять этим всем одномоментно и позволять из этих точных почти инженерных движений выходить чудесной вдохновляющей или плачущей музыке? – Скажи, если устанешь, – донеслось изнутри органа. Эва чуть сильнее нажала клавишу и заметила как побелела от напряжения фаланга пальца. – Держу. – Еще чуть-чуть, Эва. – Я держу. – Нашел! Нашел нужную трубу! С ней что-то не так… – Что с ней? – Не понимаю… Воздух идет с задержкой, вибрация ломается внутри. Что-то мешает, но не могу добраться туда. – У меня затекла рука, могу поменять и держать другой? – Наверное, уже можешь отпускать. Что-то застряло внутри. Иногда при реставрациях инструмента забывают внутри кусок тряпки. Оставляют ветошь чтобы заглушить трубу на время и забывают потом вытащить. – Как хирурги во время операции? – Вроде того. – Если хочешь посмотреть орган изнутри, иди сюда. Внутри инструмента было темно и тесно. Дерево пахло стариной и пылью. Молчали ряды металлических труб, не звучали огромные деревянные. Не издавали ни звука изящные небольшие трубки,умеющие имитировать звуки флейты или колокольчиков. Орган дышал собственной памятью и было ощущение чего-то вечного и живого. Эва на мгновение замерла, давая глазам привыкнуть, и потом шагнула глубже. Федор стоял внутри, согнувшись среди труб. Его взгляд был сосредоточен, он пытался извлечь застрявший в большой деревянной трубе неизвестный предмет, мешавший ровному звучанию. Он подал Эве руку, помогая добраться в темноте к нужному месту и передал телефон с включенным фонариком: – Посвети сюда. Луч фонарика скользнул по рядам труб, выхватывая из темноты тусклый металл и теплое дерево. Свет дрогнул, Федор опустился на корточки и просунул руку внутрь трубы. Эва заметила как он нахмурился. – Так не должно быть… Лицо его было сосредоточено. Он пытался что-то вытащить, но неизвестный предмет был явно неправильной для органа конфигурации и никак не поддавался. Наконец, Федор достал что-то и встал рядом с Эвой. Скрученная, потемневшая от времени тетрадь с надписью "Станислав Амброжевский" выпала из салфетки с вышитыми цветами. Холод прошел у Эвы по спине. Они оба стояли на пороге раскрытия какой-то старой тайны. Глава 44. Двери Утро в замке началось на удивление спокойно. В столовой было светло. Большие окна пропускали холодное утреннее солнце, и тучи больше не нависали над парком. Стол был застелен свежей скатертью, фарфор расставлен аккуратно, а запах кофе и подогретого хлеба заполнял пространство так, будто здесь накануне не происходило ничего особенного. Эва мысленно восхитилась силой выдержки Оксаны. Она знала, что ее сына ищет милиция, но продолжала безупречно выполнять свои обязанности. Когда Эва вошла, за столом уже собрались все. Замок умел хранить тайны, но люди всегда выдавали себя эмоциями. Она заметила взгляд Дианы, вину Арно, смятение Галины и удивление Леонида Феофановича. Яромир Петрович чувствовал себя гораздо увереннее, чем вчера, и Эва, просыпаясь, слышала, что они с Галиной рано утром снова играли в шахматы рядом с их комнатой. |