Книга Крик в темноте, страница 123 – Оливия Нортвуд

Грейс украдкой рассматривала фотографии на столе, пытаясь скрыть удивление от того, какую работу проделал Генри. Пухлый, угрюмый мальчишка со снимков слабо напоминал сегодняшнего Томаса с подтянутой фигурой и маслянистым тяжелым взглядом.

– Так вы уже считаете, что вывели меня на чистую воду?

– Вы в наручниках. Ваш арест выглядел практически как чистосердечное признание. К чему противиться, Томас? – Уголки губ Джеймса поползли вверх, он провел пятерней по непривычно коротким волосам и откинулся на спинку стула. – Почему вы не сбежали, как Гроссман?

– А вы считаете в этом есть смысл, детектив? Я видел тело Джейми. До того, как с ним поработал танатопрактик.

– Вы осознаете, что все вами сказанное пойдет в протокол? Вы по-прежнему отказываетесь от адвоката? – Грейс опасалась, что в какой-то момент он перестанет говорить или откажется от показаний.

– Я пока еще ничего не сказал, мисс.

– Детектив Келлер, – поправил его Джеймс.

– Детектив Келлер. – Томас повторил по слогам, улыбаясь Грейс.

От его слащавости Грейс передернуло. Она не могла долго смотреть ему в глаза. Под его хищным взглядом Грейс чувствовала себя очередной жертвой, загнанной ланью.

– На жестком диске Мэтью Реймонда криминалисты нашли видеозаписи с изнасилованием и убийством восемнадцати девушек. Но мы знаем, что жертв было больше. Как минимум на одну. Вы помните Дейдру Хьюз? Поход в горы, выпивка, несчастный случай. Вот только это не было несчастным случаем. – Грейс взяла себя в руки, вспомнив, что в этой комнате она – охотник, а не наоборот. – Джессика Стоун осталась жива. Но вы отняли у нее разум, все равно что убили. И это только те девушки, о которых мы знаем. Но сколько их было на самом деле? Убитых? Изнасилованных и запуганных вашими деньгами, влиянием и силой? Мы знаем, что вы были на тех видео, знаем, что вы делали. У нас есть показания свидетеля.

– Гроссман?.. – неверяще спросил Томас севшим голосом. – Вы задержали его?

– Свидетель пожелал остаться анонимным.

Блефуя, Грейс не рассчитывала, что допрос свернет в это русло, но так было даже лучше. Если Гамильтон решит, что его предал друг и уже все рассказал, он будет сотрудничать.

Допросная погрузилась в молчание, Грейс слышала треск люминесцентных ламп под потолком, тяжелое дыхание троих мужчин, окруживших ее, и негромкое покашливание лейтенанта МакКуина за дверью. Он подавал сигнал, что хочет с ней поговорить. Но Грейс тянула время. Когда напряжение достигло предела и она уже была готова сдаться, Томас Гамильтон заговорил:

– Я готов ответить на ваши вопросы. Без адвоката.

– Но?.. – Джеймс сложил руки на груди и сжал челюсти.

– Но, – улыбнулся Гамильтон, – у меня будут условия.

– Условия? – Голос Нортвуда оставался спокойным, поэтому, когда он выключил диктофон, резко наклонился вперед, схватил Томаса за ворот халата и приложил к столу, Грейс и Генри вздрогнули. – Послушай, мне плевать, куда ты там обратишься после. Плевать на карьеру. Плевать, сколько апелляций ты подашь за ненадлежащее обращение во время допроса и применение силы. Можешь подать в суд по правам человека или лишить меня работы. Но ты не будешь ставить мне условия. Ты понял, долбаный кусок дерьма? – Схватив Гамильтона за шею сзади, Джеймс прижал его щекой к столешнице.

– Джеймс! – Грейс встала и коснулась плеча Нортвуда.