Книга Шрам: Красное Море, страница 182 – Сим Симович

— Гранатомёта нет, — подтвердил Михаэль. — Но у них ещё один, в третьей. Смотрит на нас.

Едва он договорил, как в воздухе что-то изменилось. Поверх общего гула лёг новый звук — плотный, режущий, чужой. Пьер машинально поднял голову.

Высоко, но стремительно снижаясь, шёл самолёт. Мужицкий силуэт с подвесами под крыльями.

— Наши, — крикнул наблюдатель сверху. — Авиация партнёра. Сейчас будет праздник.

— Если они знают, где мы, — мрачно заметил Рено.

Самолёт сделал разворот, заходя с берега, так, чтобы линию лодок, их судно и часть моря собрать в одном секторе. Пьер почувствовал, как кожа на спине покрывается холодным потом.

— Ричард, — крикнул Маркус. — Подтверждение: они видят наш борт?

— Центр говорит, что пилоты работают по координатам, — выкрикнул тот. — «Доверяйте системе».

Самолёт выровнялся. Что-то вспыхнуло под крылом, сорвалось вниз. Свист прорезал воздух.

Пьер не успел даже выругаться.

Взрыв ударил где-то между их носом и первой лодкой, но ближе к ним. Мир на долю секунды стал белым, потом серым, потом звенящим. Корабль как будто кто-то пнул снизу. Пьер рухнул на палубу, ударился плечом, локтем, винтовка больно ткнула в грудь.

Уши заложило так, будто ему засунули в голову раскалённую вату. Он видел, как по палубе летят осколки, обрывки краски, что-то тёмное. Левый модуль исчез в клубе дыма и воды.

Звук вернулся рывком. Сначала гул, потом крики.

— Джейк!

— Медика сюда!

— Держи его, чёрт тебя дери!

Пьер вскочил на колено. Левый пулемётный модуль выглядел так, будто по нему прошлись кувалдой. Ограждение загнуто,корпус искорёжило, частично ободрало. Джейк лежал на спине, наполовину на платформе, наполовину на палубе. Под ним растекалось тёмное пятно. Он смотрел вверх, мимо всех, глаза уже стеклянные.

Рено, появившийся откуда-то снизу, замер на секунду, потом сжал зубы.

— Всё, — сказал он. — Поздно.

Глаза у него блеснули, но голос остался ровным. — Работайте, блядь, дальше. Он уже своё сделал.

Лодки, несмотря на взрыв, шли. Одну мотало сильнее, у неё дымился борт, но остальная троица держала курс. Пули снова зажужжали в воздухе.

— Пьер, — выкрикнул Маркус. — Держим их, пока танкер не уйдёт! Сейчас нас сверху второй раз накроют, если мы не закончим.

— Понял, — кивнул Пьер, хотя тот вряд ли видел.

Он снова лёг к винтовке. Руки дрожали не от страха, а от злости. В оптике лодки были уже почти неприлично близко. На одной видно было, как кто-то орёт, показывая пальцем вверх, на самолёт. На другой пытались развернуть пулемёт.

Он стрелял коротко, без эмоций. Оператор пулемёта на второй лодке дернулся, опустился. Человек рядом с ним, уже тянувшийся к рукояткам, поймал вторую пулю. Ствол накренился, городя бессмысленную дугу по палубе.

Вторая бомба легла уже туда, куда надо. Самолёт снова прошёл над ними, скинул груз на заднюю пару лодок. Взрыв поднял столб воды, кучу дерева и тел. Одну лодку просто смыло, от другой осталась половина, и та быстро тонула.

Передняя всё ещё шла, хотя уже не стреляла. Её мотало, как пьяного, но она упрямо резала волны. Угроза танкеру от неё уходила: она теряла ход.

— Оставь, — сказал Маркус, когда Пьер поймал в прицел очередного. — Они уже не успеют. Пусть море с ними разбирается.

— Пусть, — коротко ответил Пьер.

Правый фланг добил Трэвис: очередью по мотору ещё одной лодки. Та застыла, потеряв скорость, и начала разворачиваться бортом к волне. Люди на ней уже не думали о стрельбе, только цеплялись за всё, за что можно.